Кого не видят глаза

Иначе возможно ли объяснить, что наши… хм, назовем их соперники, нашли книгу раньше?

– Она не работала на фоморов, Гелон! – не выдержал Никк. Его голос прозвучал гораздо жестче, чем он ожидал. Остальные старейшины осуждающе вскинули брови, но Никку было уже плевать. – А ее отец пытался помочь нам, когда узнал, что Лир его обманул! И если бы Александр был жив…

Поняв, что ему нечем доказать свою правоту, Никк умолк. Волна отвращения и ненависти к Хэллхейту, сильная, как никогда, сдавила горло.

– В моих глазах все выглядит так, будто подстроено специально, – медленно добавил Гелон, словно наслаждаясь этим выводом. Его глаза блеснули. – Поправьте нас, коли мы что-то упускаем, но пока все говорит об одном: пятеро фоморов не могли обвести вокруг пальца всех нас. Это наталкивает меня на мысль, что кто-то снабжал наследника патилского трона информацией. Среди нас предатель.

Дафна вздрогнула, на ее лице мелькнуло отчаяние, смешавшееся со страхом.

– Вы не были на Земле, – начал Никк, с вызовом встретив взгляд Гелона. – Не были там и понятия не имеете, что…

– Сын, не время для споров, – оборвал Сварг, сидящий во главе стола.

– Прости, отец. – Мысленно прокляв Гелона перед всеми земными и даитьянскими богами, Никк перевел глаза на отполированный пол, последовав примеру друзей.

Отец кивнул и уже спокойно продолжил:

– Мы всего лишь хотим разобраться в происходящем и понять, что следует делать в сложившейся ситуации. Куда бы ни скрылись фоморы, они не пересекли границ Суталы. В силовом поле по периметру страны не зафиксировано никаких скачков энергии, а значит, рано или поздно мы найдем беглецов. Патрули и разыскные команды уже отправлены.

– Сам факт, что Хэллхейт посмел ступить на наши земли, уже нарушает установленные перемирием правила, – деловито заявила Лонна.

Многие старейшины согласно закивали.

– И, к примеру, всем пасть замертво, когда Лир по незнанию откроет «Книгу Судеб» прямо на поле боя, – со снисходительной усмешкой на губах, точно слушает своих внуков, вставил Варег. Никку отчего-то стало смешно.

Остальные тут же перестали кивать. Все, кроме Гелона.