Ведьмы горят на рассвете

 – Там все герои буквально сверкают и истекают магическими талантами, как кровью, но никогда не пользуются ими ради личной выгоды. Почему? – протянул руку. – Кстати, я Влад.

Я сглотнула, сожалея, что не могу прикрыть синяк. Из-за него чувствовала себя беззащитной и незатейливой, как трижды прочитанная книга. Однако взгляд Влада уже замер на моём лице, так что мне не оставалось ничего кроме как с уверенной улыбкой в ответ пожать его руку.

– Ярослава, – сказала я. Сидя теперь почти что плечом к плечу, я увидела глубокие царапины у него на подбородке.

– Упал, – непринуждённо ответил Влад. – Не знаю насчёт гор, но сегодня выяснил, что карабкаться на крыши – моё. А вот с крыш… нет. – Он сделал паузу, щурясь на солнце. – А что случилось с тобой, Ярослава?

– Упала, – соврала я.

Прежде чем отпустить мою руку, Влад поглядел на мои сбитые костяшки. Некая мысль промелькнула в его зрачках – он знал, что я вру. Знал, однако давить не стал.

Несколько минут мы сидели втроём в тишине, слушая, как ветер треплет листья дуба, и наблюдая за футбольной игрой на поле, где моя сестра всё ещё обнималась со своим кривозубым бойфрендом. Они, кажется, развеселили Влада, и его губы изогнулись в усмешке. Это была безобидная усмешка, однако мне почему-то стало стыдно за Татию; я не могла припомнить, когда мне в последний раз было за неё стыдно, и это меня разозлило. Влад разозлил меня. И я чувствовала недовольство Богдана.

– Кстати, насчёт этих книжек, – продолжил Влад, пихнув меня на край скамейки, чтобы вытянуть свою загипсованную ногу. Я насупилась. Он опять улыбнулся. – Если бы у вас были магические силы, чью бы сторону вы выбрали? Героев или злодеев?

– Никто не любит злодеев, – наконец заговорил Богдан раздражённо. Больше, чем незнакомцев, он презирал лишь то, когда эти незнакомцы пытались с ним спорить. – Они всегда проигрывают.

– Разве? Они проигрывают в старых сказках, но мы с вами не сказка и совсем не старые, не так ли, Дан? – взгляд Влада метнулся к моему синяку.

– Герои лучше, – я скрестила на груди руки, соглашаясь с Даном. «Даном? Никто не называет его так». – У них самая сильная магия, их все любят, у них много друзей и последователей.

Богдан кивнул, добавив:

– Злодеем по своей воле никто быть не хочет.

– Я хочу, – выпалил Влад.