Волшебный яд любви. Колючки в брачной постели

Пусть и в самом низу среднего класса, но все-таки именно среднего!

– И к чему это все приведет, Христя?

– Это приведет ко всеобщему равенству и процветанию всей страны!

– Ты эти идеологические термины оставь в своем прошлом! Нынче они не работают.

– Нынче – нет! А лет через шестьдесят заработают!

– Долго ждать!

– А я не тороплюсь!

Старики были готовы сцепиться в очередной интеллектуальной схватке. Каждый собирался отстаивать свое мнение с пеной у рта до сердечного приступа и питья валидола, а возможно, что и вызова бригады неотложной помощи.

Но Леся остановила бой, сказав:

– А вы видели, кто приходил к убитым женщинам в тот день?

И старики замолчали, мигом забыв про свои политические разногласия.

– Пройдемте ко мне, – вежливо пригласил девушек Христофор Бонифатьевич, носящий имя знаменитого капитана Врунгеля.

И кому только могло прийти в голову назвать своего ребенка именно таким именем?

Фаина Наумовна явно обрадовалась, что интересующие ее переговоры перенесутся на сторону оппонента.

Не придется тратиться на чай и сахар, так она сказала. Как уже поняли сыщицы, эта пожилая пара хотя и состояла в супружеских отношениях, но жили старики в соседних квартирах, вместе со своими детьми от прежних браков. И хотя Фаина Наумовна намекала на то, что ее воинское звание выше, чем у ее мужа, но уровень жизни ее семьи был явно ниже.

Христофора Бонифатьевича, как отставного адмирала морского флота, такая ерунда не интересовала. Он предложил молодым женщинам похозяйничать на его кухне, сказав, что они могут брать все, что им придется по вкусу.

Вкус у Христофора Бонифатьевича, надо сказать, был отменный. Красная икра. Хороший дорогой сыр. Копченая колбаса и жирная ветчина, которая никак не могла быть полезна человеку в его возрасте. Все прочие продукты, которые нашли подруги, также были высокого качества. Семга, свежие огурчики, йогурты с вкусными шоколадными шариками внутри. Не эксклюзив, привозимый за поистине бешеные деньги из-за рубежа, но очень и очень достойный его российский аналог.

Фаина Наумовна наблюдала за суетой подруг с поджатыми губами. Она явно не одобряла расточительства своего Христофора Бонифатьевича. Но при этом и протестовать вроде как тоже не имела права. Оба пожилых человека жили в отдельных квартирах и имели отдельный бюджет. Так что отставной адмирал мог жить как ему вздумается. Хотя и странно, ведь старики упоминали о том, что они женаты.