Третья степень близости. Миланский тур на двоих

– И при чем тут твой Лешка? Ваше процветание напрямую произошло от несчастья соседей. Или ты все же думаешь, что это Лешка подсуетился?

Викуля обиделась, надулась и сказала, что со стороны подруг просто гнусно снова обвинять ее жениха, тем более что настоящий преступник уже найден, изобличен и даже заключен под стражу.

– Витька и поджег магазин! Недаром все говорили, что между братьями вражда! Один завидовал другому, выбившемуся в люди. Сам Витька так и остался никем. Наверное, это здорово его бесило. Вот он и додумался: ограбить магазин, брата убить, а следы своего преступления замести, совершив поджог магазина.

– Ага, – хмыкнула Кира. – И при этом он нанял грузовик или даже два, чтобы вывезти все награбленное из магазина к себе в сарай!

– Почему же сразу грузовик?

– Да потому, что все те коробки, которые хранились у Витьки в сарае, за один раз вывезти было просто невозможно. Тут нужен был грузовик или даже два!

– Ну… Нанял кого-нибудь… за бутылку.

– Ага! И при этом никто из соседей ничего не заметил? Да у них в Заречном комар не чихнет, чтобы его не услышали! А тут – грузовик с добром.

– Спали все, – пробормотала Викуля, но голос ее звучал неуверенно. А потом она и вовсе жалобно скривилась и спросила: – Так что же? Это не Витька магазин ограбил и поджег? Выходит, мой Леша все еще под подозрением?

– Боюсь, что так, – строго сказала Леся.

– Ой, как это все скверно! А я-то обрадовалась! Пусть это и нехорошо – несчастью других радоваться, но я все равно обрадовалась.

– Погоди реветь, – остановила ее Кира. – У нас появилась одна ниточка. Может быть, нам удастся поймать убийцу. А для начала нам нужно поговорить с кем-нибудь из девчонок, кто в Заречном живет.

– Анютка там живет. И еще Зара. Но она по-русски плохо говорит.

– Тогда Зару оставим. Анюта у себя?

– Где же ей еще быть? Трудится.

Анюта пила чай. Она уютно устроилась в большом кресле и попивала чай из огромной фаянсовой кружки, украшенной красными петухами. От этой кружки, от горячего чая, от шоколадных конфет, стоявших в коробке на столе перед девушкой, веяло таким уютом, что подруги невольно расслабились. Анюта молча подвинула им две другие чашки. Налила кипятку и щедро добавила почти черной заварки из чайника под ватной «бабой».