Суперневезучая

– Пусть редко, но я получу настоящее, истинное удовольствие, – поучал он Лизу. – Белоснежные скатерти, вышколенная обслуга, хрусталь, серебро! Вот к чему должен стремиться всякий уважающий себя человек. Учти это, котеночек.

Впрочем, Лизу он с собой в такие походы никогда не звал. Наверное, полагал, что она все равно не сможет оценить. И Лиза его не упрекала. Зачем ей в дорогой ресторан? Ей и пойти-то туда не в чем. Это ее муж – умница какой, купил себе на распродаже чудесный итальянский костюм с галстуком и рубашкой, которые прилагались в подарок.

Костюм был сшит из какой-то волшебно переливающейся ткани. И был таким красивым! Имея такой костюм, было просто непростительно хотя бы раз в месяц не выгулять его в свет.

А вот у Лизы подходящих к костюму мужа нарядов не имелось. И это отнюдь не вина ее мужа. Нет, конечно, нет! Самой надо было пошевелиться. Побегать, как он, по распродажам. Глядишь, и нашлось бы ей платье, с которым костюму ее мужа не стыдно было бы показаться перед приличной публикой.

А так, приходилось им отправляться в ресторан друг с дружкой, без нее.

Впрочем, из этих походов муж возвращался таким счастливым, в таком приподнятом настроении, что Лиза тоже радовалась, глядя на него. Да, муж у нее был стопроцентный эстет, ценитель прекрасного. Его буквально завораживали и фотографии в богато иллюстрированных журналах. При виде какой-нибудь пепельницы из малахита, украшенной серебром и резьбой, он был способен впасть в ступор на добрых полтора часа.

– Какая вещь! – тихо шептал он, словно боясь громким восклицанием спугнуть опустившееся на него благоговение. – Какая вещь! Сразу видно, сделано настоящими мастерами, не подделка, не дешевка какая-нибудь! Лиза, посмотри на эту вышитую шелком диванную подушечку! Разве не великолепие? Лиза, почему ты не восхищаешься?

Лиза восторгов мужа не разделяла. Она понимала, что у всех этих вещей имеется один существенный недостаток. Их цена. А ценник у приглянувшихся мужу вещичек всегда зашкаливал за пределы разумного.

Например, Лиза никак не могла понять, почему ботинки, которые облюбовал ее муж в магазине, стоят столько же, как три пары вполне приличных зимних женских сапог.

– Что ты понимаешь! – морщился муж. – Эти ботинки стоят именно столько и ни копейкой дешевле. Это надо понимать!

Лиза не спорила. Она не умела воспринимать дорогие вещи так, как ее муж. Всем телом, каждой клеточкой своего существа, разума, своей души.