Суперневезучая

И, видимо, искренне считала, что поступает правильно, оповестив законную супругу о грядущих в ее жизни переменах. Может быть, эта Наталья ослепительно прекрасна? Или Виталий надеется перевоспитать, перекроить ее на свой лад, подобно тому, как Пигмалион создал себе свою мечту Галатею? Взять грубый кусок глины и превратить его в чудесную статую?

Что же, такое вполне возможно. Это Лиза признавала. У ее мужа могла возникнуть такая идея. Особенно если Наташа была хороша собой. Тогда ради ее внешней красоты муж мог забыть о внутренней грубости.

Сама Лиза, она сознавала это, не была такой уж красавицей. Конечно, был в ней свой шарм, своя изюминка. В пору девичества мужчины охотно ухаживали за ней. Но красавицей ее никто и никогда не называл.

У Лизы были длинные неплохие волосы, которые она уже сто лет не красила и стягивала в тугой русый хвост. Большие глаза сверкали бы ярче, подчеркни их тушью, подводкой и тенями. Да и фигура у Лизы была очень недурна. Только вот вместо облегающих топиков и коротких юбок Лиза носила классического покроя светлые кофточки и темные юбки до колена.

Она считала, что такой наряд больше приличествует замужней женщине, чем легкомысленные сарафанчики или шортики.

Виталий много раз говорил ей, что раз уж вкуса у нее нет, то не стоит рисковать и экспериментировать с внешностью.

– Носи классику! – раз и навсегда решил он за Лизу. – Она всегда в моде. И пожалуй, ее не сможешь испортить даже ты.

Обувь Лиза предпочитала спокойных тонов и на невысоком каблуке. Никаких красных лакированных сапог высотой до колена и на безумной золотой шпильке.

Никаких элегантных босоножек с бисером. Никаких туфелек из мягкой белой замши с пряжками. Все строго, просто и классически скучно.

Впервые за многие годы Лиза критически взглянула на себя в зеркало. И что же она там увидела? Бледную особу, скучную, невыразительную внешность, полную неудачницу и неумеху. Неудивительно, что Виталий захотел ей изменить. Удивительно то, что он так долго держался. Или эта Наталья не первая? И у нее были предшественницы?

При мысли о том, что ее муж все эти годы их счастливого, как считала сама Лиза, супружества изменял ей, была невыносима.

Лиза даже застонала. А потом кинулась к телефону. Надо позвонить мужу! Срочно! Скорей!

Но когда пошел гудок, Лиза неожиданно передумала. Что она скажет Виталику? Что знает все? Что он может уходить? Что она все понимает? Но ведь это же неправда! Она ничего не понимает. Ничегошеньки! Нет, мужу звонить нельзя.