Сглаз порче – не помеха

– Да ладно тебе! – хихикнула Мариша. – Он же тебе стать его любовницей не предлагает. Говорю же, у него и без тебя девиц полно.

– Готово! – неожиданно крикнул Артем. – Идите сюда!

Подруги подбежали к нему и остановились.

– Ну что? – спросила Мариша. – Говори же скорей!

Но Артем не отвечал. Он смотрел на Аню. И в его взгляде читалось много разного. От растерянности до некоторой опаски.

– В чем дело? – разозлилась наконец Мариша.

– Даже не знаю, как и начать, – замялся Артем. – Твоя подруга точно хочет узнать правду про своего брата?

– Конечно! А зачем мы, по-твоему, пришли? – воскликнула Мариша.

– Ну, если так, тогда слушайте, – вздохнул Артем. – Только, чур, потом не обижаться.

– Никто обижаться и не будет, – заверила его Мариша.

– В общем, ты знала, что твой брат трижды был судим? – спросил у Ани Артем.

– Да? – изобразила удивление Аня. – Нет, как-то он мне про это не рассказывал.

– Твой брат был настоящий уголовник! Потомственный! – заявил ей Артем. – Первый раз сидел в шестнадцать лет за драку.

– Все четыре раза? – заинтересовалась Мариша. – Ну и родственнички у тебя, Аня. Никогда бы не подумала.

– Это со стороны отца, – пробормотала Аня. – Мы с мамой с ними никогда особенно не общались. Теперь я понимаю, почему мама всегда ограждала меня от общения с теми моими родственниками.

– И правильно твоя мама поступала, – одобрил Артем. – Ничему хорошему они бы тебя не научили.

– А что с нашим Клыковым? – нетерпеливо спросила Мариша. – Чем он занимался в последнее время?

– В девяносто третьем году Клыков вышел из заключения во второй раз и с тех пор в поле зрения милиции не попадал, – сказал Артем. – Зато я нашел одну фирму по торговле лесом, которая была в девяносто шестом году зарегистрирована на его имя.

– А где он жил? – спросила Мариша.

И в ответ на недоуменный взгляд Артема поспешила объяснить:

– Дело в том, что Аня о смерти своего брата узнала случайно. Пошла навестить могилку дорогой бабушки, а рядом увидела свежую могилу. А на ней имя своего брата, которого не видела уже много лет. И теперь ей не дает покоя мысль, что она могла бы побольше общаться с ним при жизни. А теперь уже поздно.