Шаловливый дедушка

– Ай, как некрасиво! – огорчилась Мариша. – За такое и в самом деле положено мстить, а для начала – похитить.

– Боюсь, что у Вероники относительно него большие планы, – мрачно изрекла Инна. – Вряд ли она похитила его ради простенького желания отомстить за обман.

– А в чем же тогда дело?

– Вот в них, – сказала Инна и принялась стягивать с ног свои чудовищные огромные ботинки.

– Меня сейчас вырвет, – простонала Юля. – Инка, ты свои носки хоть изредка бы стирала.

– Это тактическое оружие, – невозмутимо ответила та.

– Ни за что на свете!

– Вот и ей тоже, – сказала Инна. – А дома оставить их я боялась, вдруг Вероника в мое отсутствие взломает дверь или наймет кого-нибудь. Обыщет квартиру и найдет браслеты. Для профессионалов сделать это – раз плюнуть. Вот и таскаю их с собой.

На наших глазах она ловко отделила подошву одного ботинка и извлекла оттуда изумительной красоты браслет в виде изумрудной змейки с гибким тельцем и точеной головой.

– Ой! – воскликнула Мариша. – Можно потрогать?

– Бери, – великодушно разрешила Инна. – У меня есть еще.

Из второго ботинка на свет показалось еще одно чудо творения человеческих рук. Второй браслет был сделан в виде странного существа – полуящерицы, полукрокодильчика. Кожа у него так же, как и у змейки, была усыпана изумрудами, а тела обеих рептилий были сделаны так, что могли извиваться и казались почти живыми. Головы при этом оставались совершенно неподвижны. Затаив дыхание, мы с Маришей рассматривали эти удивительные произведения искусства.

– Они чудесны! – выдохнула наконец я.

– Вот их Вероника и хочет во что бы то ни стало вернуть, – объяснила Инна.

– И я не могу ее за это осуждать, – сказала Мариша. – Я бы тоже хотела иметь такие вещи. Любовалась бы днями напролет.

– Веронике они нужны для дела, – досадливо цыкнула Инна на Маришу. – Она ими не любоваться собирается.

– Вот, снова она за свое! – вздохнула Юля. – С чего ты взяла, что эти браслеты не просто браслеты, а что-то большее?

– А с того, что у меня чутье.

– Как же, император Александр подарил всю государственную наличность своей любовнице, – съехидничала Юля. – Своя рука – владыка.

– Между прочим, у императора были и свои личные средства, – парировала Инна.