Рыцарь с буйной фантазией

Основная хитрость теткиного метода заключалась в том, чтобы лечение начать за месяц, а желательно за полтора до того времени, когда обычно атакует вредная болячка.

– Таблетки пить строго натощак. По одной на каждые десять килограммов твоего тела.

– То есть если я вешу пятьдесят пять, то мне нужно принять пять с половиной таблеток?

– Можешь выпить шесть, – великодушно разрешила ей Мариша. – Полагаю, вреда не будет.

– И долго пить?

– Я же говорю, за месяц до начала сезонной аллергии. В мае она у тебя начинается? Вот и пей с апреля.

– Ага. Поняла.

– И если ты все сделаешь правильно, то проживешь следующий сезон практически без насморка и аллергии, – заверила ее Мариша. – Моя тетка обожает лечиться. Но надо отдать ей должное, рекомендует только те средства, которые ей самой помогли и которые уж точно вреда не принесут.

– Да, вреда от активированного угля точно не будет, – задумчиво произнесла Инна. – Слушай, вроде бы нос прошел!

В доказательство своих слов она пошмыгала носом.

– Вот и чудесно! – повеселела Инна. – Пошли! А то у меня на вечер еще свидание запланировано.

– И с кем же? – прищурилась Мариша, выбираясь следом за подругой из машины. – Впрочем, можешь не говорить. Уверена, что это будет один из архитекторов! Инна, при живом-то муже! Как не стыдно!

– Надо же нам как-то поддерживать с ними связь! – оправдывалась Инна. – Вдруг они еще чего-нибудь интересненькое узнают?

– Для этого ты могла бы взять телефон у Жаннин.

– Зачем? Я же видела, что ты его записала. И только не прикидывайся белой овечкой. Ты же тоже обменялась телефонами с Геной.

– Как ты все видишь? – с притворной досадой возмутилась Мариша. – Ну да! Жаннин повисла на Саше, ты строила глазки Олегу, а бедный рыжий Гена оказался в полной изоляции. Я просто морально поддержала его.

– И как? Он тебе звонил?

– Еще нет. А тебе?

– Нет.

– Надо будет узнать, как обстоят дела у Жаннин, – внезапно оживилась Мариша.

Инне тоже было любопытно, и она невольно прислушивалась к разговору девушек.

– Она сказала, что заканчивает в пять. У нее есть новости, приглашает подъехать.

– А?..

– А красавчик Саша ей не звонил.

Что ж, в какой-то степени это было справедливо. Никто из трех архитекторов не пожелал проявить активность. И о чем это говорит? Либо они тяжело, просто-таки неизлечимо больны, либо уже заняты, либо попросту извращенцы.