Рожки и длинные ножки

– Какой хитрый юноша, – восхитилась Алена. – Знает, от кого сможет получить самые жирные чаевые.

Но тут же она пожалела официанта. Если юноша надеялся разжиться за счет родственниц Алены, то его ждало серьезное разочарование. Дамы из ее семьи были не из тех, кто дает официанту «на чай» лишь потому, что тот честно выполняет свою работу.

Прогулка была очень приятной, и Алена даже сама не заметила, как пролетело время. Надя с Витей тоже казались повеселевшими. Правда, если бы Витя поменьше ворчал на жену, уверяя, что она строила глазки капитану, что было, конечно, полнейшей неправдой, прогулка прошла бы для Нади и вовсе прекрасно.

Все вместе они сошли с теплохода и поехали в гостиницу, где их уже дожидались Василий Петрович и Ваня. То есть должны были дожидаться, потому что в отеле обнаружился один лишь Ваня. Василия Петровича не было видно. Ваня же сидел в холле, он явно обрадовался, заметив приближающуюся Алену.

– Алена Игоревна, тут такое дело… Василий Петрович приехать не смог, – отчитался он хозяйке, едва только увидел ее.

– Не смог? Почему?

– Так это… дела у него, – смущенно отвел взгляд Ваня.

– Что за чушь? Я разговаривала с ним всего час назад, ваш поезд уже подъезжал к перрону, Вася сказал, что вы доехали благополучно, теперь поедете в отель, чтобы заселить тебя.

– Правильно.

– Ну?

– Что?

– Откуда у него дела нарисовались?

– Да уж нарисовались.

Ваня явно не хотел говорить откровенно при Вите и Наде. Это было нетрудно понять из его взглядов, которые он кидал на этих двоих.

– Алена Игоревна, – затем зашептал он ей, – честное слово, я ни в чем не виноват! Ну совершенно ни в чем. Василий Петрович такой ловкий оказался, он даже меня провел.

– В чем провел?

Ваня потоптался на месте, но, понимая, что толку от этого не будет, покаянно опустил голову и признался:

– Удрал он от меня!

– Куда удрал? Как?

– Вот кабы я знал, куда удрал, я бы уж за ним отправился.

– Ваня, объясни толком, куда делся мой муж?

Голос Алены звучал очень строго. Ваня покраснел. Однако он сознавал свою вину, поэтому лишь оправдывался:

– Так я же вам и говорю, Алена Игоревна, не знаю я! Вот хоть режьте меня на части, я ничего не понимаю. Мы с Василием Петровичем из поезда вместе вышли. Я за вещами отвернулся, потом – глядь, а его рядом нет. Исчез.