Призрак в кожаных ботинках

Потому и священника хочу. Ох, грехи наши тяжкие! Отец Анатолий нашу беду знает, он не осудит.

– Вы в сторону разговор не уводите, – попросил Саша. – Вы же у нас, баба Глаша, местная. Значит, тоже легенду про воющего старика слышали? Наверное, его вы и надеялись на том поле ночью застукать?

Баба Глаша неожиданно засмеялась.

– Верно ты говоришь, Сашок. Любопытство меня одолело. А любопытство суетное – это грех. За то и поплатилась. Ведь как ты меня напугал, это же до сих пор жутко вспомнить! Я же тебя за смерть свою приняла! А как же? Белая, бежит ко мне, кричит: «Я иду к тебе!» Да еще и косой размахивает.

– Это я от волков обороняться думал.

– А кричал чего?

– Думал, Барона моего волки жрут. Вот и кричал.

– А я-то этого не знала. Вижу, белое да с косой. Что тут подумаешь? Только то, что все, конец пришел. Не помню, как и ноги унесла.

– А что со стариком-то? Верно, что про него сказывают, будто бы он у нас в доме похоронен?

– Кто такое говорит?

– Дядя Вася.

Баба Глаша пожевала губами.

– Пьет Василий сильно. Да и приврать мастак. Что он тебе рассказывал?

Саша подробно изложил.

– Надо же, все верно рассказал, – не без удовольствия констатировала бабка. – Я эту историю тоже раньше слыхала.

– И призрака видели?

– Самой не пришлось, но кое-кто из наших и прежде его видел, – кивнула баба Глаша. – Только раньше он тихо себя вел, прилично. Чтобы ночами выть, такого безобразия за ним не водилось.

И помолчав, она неожиданно спросила:

– А больше тебе Василий ничего не сказывал?

– А что еще?

– Насчет меня, например.

– Нет. Баба Глаша, а вы что, с этим стариком лично знались?

– С ним самим нет. Ты чего? Он же еще при царской власти помер. А я хоть и старая, но не настолько же. В тридцатом году родилась.

– А про кого тогда дядя Вася мог мне говорить?

– Да ни про кого. Забудь. Ты лучше мне скажи, вы теперь из дома, наверное, съедете?

– Вряд ли.

– А все прежние жильцы съезжали, как про него узнавали.

– Я тут распоряжаться не могу. Как Коля решит.

– А ты ему скажи, что призрак неспроста при-ходит.

– А зачем?

– Смерть он чует.

– Ч-ч-ч…чью смерть? – выдавил из себя Саша, но баба Глаша лишь мрачно улыбнулась, мол, сам скоро узнаешь.

Тут очень некстати вернулась Катя, которая сказала, что никакого Сашкиного телефона она дома не нашла. Саша не удивился и не огорчился.