Плюшевая засада

Курочка оказалась именно такой, как она и любила, с хрустящей темно-золотистой кожицей, солененькой и перчененькой. Мясо было сочным. Горошек зеленым с кусочком сливочного масла, которое аппетитно подтаивало на самом верху гастрономической композиции, заливая его своими тонкими маслянистыми ручейками. Во время ужина Нате казалось, что мама собирается ей что-то сказать. Она то и дело открывала рот, но, так и не решившись, снова закрывала его.

После основного блюда Ната извлекла из кармана те фрукты, названия которых не знала и которые прикарманила в доме Валентина Петровича.

– Вкусно, доченька?

– Да. Очень. Спасибо. А тебе?

– Мне тоже.

Мама еще немного помолчала. А потом все же решилась:

– Нам ведь очень хорошо живется вдвоем, правда, доченька?

– Хорошо, конечно.

– Но у тебя появился этот Гена. А у меня…

И мама замолчала, выдерживая интригу.

– У тебя тоже кто-то появился?

– Знаешь, да. И я завтра к нам на ужин пригласила одного хорошего человека.

– И что это за человек?

– Мужчина.

– Ого. Даже так! И что за мужчина?

– Зовут его Петр Николаевич.

И дальше на Нату полилась поистине удивительная сага о том, как ее мама, будучи уже дамой весьма в преклонных годах, полюбила, да еще как полюбила!

– Как я люблю Петра Николаевича, так я не любила никогда в жизни. Мне вообще кажется, что, только узнав его, я полюбила впервые в жизни.

– Подожди, а как же мой папа? Его ты разве не любила?

– Твой папа?.. – в голосе мамы слышалось сомнение. – Ты уже прости, не хочу говорить о нем плохо, но это был не тот человек, который мне нужен. Твой папа никогда не был хорошим семьянином, и сам сознавал этот свой недостаток.

– Папу ты не любила. А твой первый муж… Эдмонд, кажется? Его же ты любила?

– Это была всего лишь ошибка моей юности.

– А Владимир Сергеевич?.

– На него я кинулась от отчаяния. После развода с твоим отцом ничего путного мне не встречалось, а на безрыбье, как говорится, и рак – рыба. Вот я и стала встречаться с Владимиром Сергеевичем.

– Раз уж мы заговорили про рыбу, а как же тот механик с китобойного судна? Не помню, как его звали? Витя? Он еще потом слал нам посылки с бивнями моржей? Да не в подарок, а для последующей реализации.

– Виктор Андреевич. Как же! Помню! Очень положительный мужчина.