Последняя ночь под звездами

Чистота в номерах была почти стерильная, повара проходили стажировку в лучших ресторанах Франции, вина подавались именно той температуры, какой надо. Но!..

Но не было за всей этой роскошью того самого искреннего и русского, за чем к нам в страну и приезжают гости. Того, что неизменно привлекает в нашей стране иностранцев, но что мы сами, увы, зачастую не ценим и не замечаем в самих себе. И поэтому подруги, отбросив всякую мысль об иноземных курортах, вплотную приступили к изучению отечественных мест отдыха.

– Речка, я думаю, все-таки будет лучше, – сказала Кира. – На море мы недавно были. А в озере вода стоячая, зачастую цветет или комаров к себе привлекает.

– Мне все равно, лишь бы рядом был природный водоем, в котором можно было бы купаться.

– А вот, кстати, одно подходящее местечко, – сказала Кира, указав на один из рекламных буклетов. – Посмотри-ка? Ну, разве не красота?

Леся взглянула и тоже осталась довольна.

– Номера все по евростандарту переделаны.

– Название только подкачало. Ну что это такое… «Красные зори»? Больше подошло бы колхозу.

Но Леся заступилась:

– Наоборот, историческое уже теперь название.

– А здание у них добротное, каменное. Сырости можно не бояться.

– Похоже, они от прежнего пансионата фундамент только и оставили.

– Все прочее уже переделано полностью.

– И речка, как ты хотела.

– О чем и речь! – воодушевленно произнесла Кира. – Так что? Берем?

– Берем!

Так подруги и оказались в пансионате «Красные зори», в который заселились вместе со своими женихами – Эдиком и Лисицей. Лисица числился за Кирой, а Эдик принадлежал целиком и полностью Лесе. Жили все четверо под одной крышей, что объяснялось некоторой общностью их интересов. Кира и Леся на равных паях владели туристической фирмой.

Одним словом, организация эта была тщательно засекречена и, как подозревали подруги, выполняла зачастую заказы правительства в обход скучных бюрократических препон. Не всегда с делом удается справиться простым полицейским, тогда правительство и вспоминает про всяких там «крепких орешков», которым сам черт не брат.