Полюблю и отравлю. Дай-дай-дай!

И пусть поклонники здорового образа жизни взахлеб клеймят эту забегаловку, где в каждом грамме подаваемой жратвы никак не меньше десятка калорий, но зато с каждым проглоченным куском Леся чувствовала, как потраченные силы возвращаются к ней.

– Ну что? – тревожно спросила у нее Кира, когда подруга закончила жевать. – Нашла что-нибудь?

– Вот именно, что-нибудь. Мерзкая старуха весь день пасла меня. Ходила буквально по пятам! И даже когда я работала, не оставляла меня в покое. По-моему, она садистка.

– Значит, тебе не удалось ничего узнать?

– Кое-что.

– Что?

– Ну, в туалет эта бабка за мной при всем своем желании пойти не могла. И там я оказалась предоставлена самой себе.

– И что?

– И полезла в шкафчик. Знаешь, есть такие встроенные шкафчики за унитазом, где хозяева хранят разную бытовую химию, запас туалетной бумаги и новые ершики?

– Ну, знаю. И что? Говори ты, не томи!

– А у Ольги Евдокимовны там вообще целый склад разной старой рухляди. Я притворилась, что у меня болит живот, и бегала в туалет не меньше пяти раз.

– И что? Что?

Кира чуть не подпрыгивала на своем сиденье, но Леся не торопилась облегчить страдания подруги. Может быть, она заразилась садизмом от Ольги Евдокимовны? Может быть, это вообще штука заразная и передается от одного человека к другому, вне зависимости от того, что это за человек на самом деле?

Но все же Леся была доброй девушкой и не могла долго наслаждаться мучениями других.

– У бабки там целый склад старых вещей, – произнесла она.

С этими словами Леся задрала майку у себя на животе и извлекла из-под ремня джинсов довольно толстую тетрадь в коленкоровом переплете.

– Ты не представляешь, как мне пришлось маскироваться, чтобы бабка ее не заметила. Но все прошло отлично. Она напоследок даже пожелала мне сесть на диету.

– Тебе? На диету? Она что, совсем с ума сошла! Ты превосходно выглядишь!

– Серьезно? – обрадовалась Леся, у которой сразу же полегчало на душе.

– Ну конечно! Старая вредина просто хотела испортить тебе настроение.

– И знаешь, ей это удалось, – пробормотала Леся.

– Она просто старая злобная дура, – повторила Кира. – Не думай о ней.

И с интересом покосившись на находку подруги, Кира спросила:

– А все-таки, что это за тетрадка такая у тебя?

– Я сначала не поняла, что тут такое накорябано. Почерк у нашей Ольги Евдокимовны тот еще, ничего не понятно.