Полюблю и отравлю

Но тот лишь пожал в ответ плечами и сказал:

– Нечему тут удивляться. Были бы деньги, пересадят тебе хоть какие кусты. Твоя Кулебякина денег не жалеет. Вот и купила в питомнике уже взрослые кусты с мощными плетями. Такие стоят очень дорого, да и транспортировать и пересаживать их крайне трудоемкая и утомительная задача. И опять же чертовски дорогая. Но тем не менее при соблюдении технологии процесса, согласен, результат выглядит превосходно.

– И сколько же может стоить такой взрослый куст? – содрогаясь от зависти, спросила у него Леся.

– Дорого, – туманно отвечал Сергей. – А что? Тебе нужно?

Леся поспешно помотала головой, потому что знала, стоит ей кивнуть, как Сережа притащит ей десяток таких роз, как у Кулебякиной, и даже лучше. Но Леся очень тепло относилась к своему другу, и в ее намерения совсем не входило разорить его дотла.

– Просто завидно, что я со своими розами мучаюсь уже третий год, а они все равно не достигли еще и половины той высоты, как у Натальи.

– Зависть – это страшное чувство.

Вот что сказал в тот раз Сережа. И его слова крепко-накрепко засели в душе у Леси. В самом деле, как же так получается, что она, которая никогда и никому не завидовала, вдруг начала буквально исходить этим черным и недостойным во всех смыслах чувством? Пятеро детей? Дружная семья? Прекрасное здоровье? Богатый дом? Цветущий сад? Но ведь всего этого при должном упорстве Леся могла бы добиться и сама.

Нет, зависть вызывала сама Кулебякина. Она шествовала по своему саду, по своему дому, по своим владениям с видом царицы.

– Ты только подумай, у них трое маленьких детей, и у нее еще остаются силы на организацию какого-то торжества. У меня, будь я в ее положении, в лучшем случае сил бы хватило на то, чтобы снять на один вечер ресторан и пригласить туда своих друзей. И все! Это был бы предел моих сил.

Впрочем, старшие сыновья у Кулебякиных были уже вполне самостоятельными людьми. Сеня – старший из младших – тоже ходил в школу и мог самостоятельно разогреть себе обед. Правда, обед у него состоял преимущественно из пиццы или гамбургеров, если за ним не успевала уследить бабушка Селестра или мать.

Роль Селестры в этом семействе была подругам не вполне понятна.