По кому Мендельсон плачет

И лишь тут на свежем воздухе паника у всех рассеялась, а сконфуженные люди быстренько разошлись в разные стороны.

Девушка же снова осталась в одиночестве. Она вытерла вспотевший лоб и огляделась по сторонам. По стечению обстоятельств, она была на станции метро «Проспект Большевиков». Этот район был знаком Эдите до мельчайших деталей и черточек. Ведь до того, как ее мама начала прилично зарабатывать и вся семья получила возможность перебраться в новую квартиру, они жили тут.

Вон магазин, где папа покупал свою любимую удочку на судака.

А вон там был рыночек, где они с мамой у знакомой торговки всегда получали лучший пучок укропа и самой ранней редиски, вместе с шутливыми пожеланиями быть всегда такими же свежими. А вон там кафешка, где Эдита с одноклассниками приятно проводила время после, а зачастую и вместо уроков.

Воспоминания нахлынули на девушку так резко, что даже слезы на глаза навернулись. Но как нахлынули, так внезапно и схлынули. А сама Эдита получила толчок, от которого едва не упала.

Спасло ее то, что она ухватилась за чье-то пальто. А вот толкнувший ее мужчина даже не подумал извиниться.

Вместо этого он еще и прикрикнул на нее:

– Что вы тут стоите, девушка? У всех на ходу! Мешаете!

Эдита даже ахнула. А ведь действительно! Что она тут торчит у всех на виду! Ее же видно! А если Игорь сейчас появится? Он же ее увидит!

И вдруг рядом с ней раздался приятный мужской голос:

– И долго вы намерены держать мой рукав?

Только сейчас девушка обнаружила, что до сих пор стоит, вцепившись в чье-то пальто.

– Ой, простите! – пробормотала она. – Я что-то совсем растерялась.

– Первый раз в таком большом городе?

Голос прозвучал вроде бы участливо. И Эдита, сама не зная почему, кивнула, хотя прожила в этом городе всю свою сознательную жизнь, тут же родилась и даже зачата была тоже в Питере. И даже в этих самых местах. Так и с чего ее вдруг, скажите на милость, потянуло притвориться деревенщиной?

– Это бывает, – все так же участливо продолжал голос.

 – Знаете, а вы хорошенькая.

Эдита не удержалась и взглянула на говорившего.

– Вы тоже! – невольно вырвалось у нее.

Высокий блондин, за пальто которого она до сих пор держалась, весело расхохотался.

– Я – хорошенький? Ну, знаете, меня так еще никто не унижал.

– Почему?

Мужчина высвободился из ее рук и принял картинную позу, выставив левую ногу немного вперед и закинув правую руку куда-то за затылок.