Пикник на Лысой горе

Он сидел на своем месте у камина с отсутствующим видом и методично, раз в десять минут интересовался у Эмилии Карловны, не подошел ли еще его гость. В качестве аперитива он пил золотую мексиканскую водку из поданной ему рюмки с обсыпанными солью краями.

– Ничего не понимаю, – пробормотал он, когда часы показали без четверти одиннадцать. – Обычно он точен. И ведь специально звонил, что придет. Ничего не понимаю. Но больше мы не можем ждать, сядем за стол без него.

– Папа, кого ты ждешь? – спросил у него Эрнест.

– Это сюрприз, сюрприз, – с весьма таинственным видом забормотал в ответ Роланд Владимирович. – Но боюсь, для некоторых он может оказаться весьма неприятным.

Все недоуменно переглянулись. Обычно Роланд Владимирович в кругу семьи бывал оживлен и даже весел. Постоянно подтрунивал над кем-то. Сейчас же он почти клевал носом, сидя перед огнем. Эрнест положил ему на плечо руку.

– Что? – встрепенулся Роланд Владимирович. – Ах да, Новый год! Жаль, видно сюрприз не получился.

Он встал и первым прошел в празднично украшенную столовую, где уже нетерпеливо поджидала их экономка.

– Эмилия, – обратился к ней Роланд Владимирович, – сядешь с нами за стол.

По рядам семьи Роланда Владимировича пронесся глухой ропот.

– И скажи этой девушке… как ее, Зина? Так вот пусть Зина тоже сядет с нами, – изрек старик. – И позови Эдгара. Сегодня я хочу видеть всех своих домочадцев рядом с собой. И поставь на стол еще два прибора.

– А кто же будет подавать на стол? – растерялась Эмилия Карловна. – Жаркое и грибы. И я приготовила ваш любимый штоллен.

– Не суетись, сегодня праздник, – нетерпеливо сказал Роланд Владимирович. – Хочу, чтобы он был у всех. Сядь!

И он обвел глазами свою семью, сидящую за столом.

– Можете смеяться надо мной сколько угодно, но я вырос в другое время. И не могу относиться к работающим на вас людям, как к бесчувственным автоматам. А именно это вошло в привычку у вашего поколения.

Шокированные родственники все же расселись по своим местам, кидая злобные взгляды на Эмилию Карловну и подчеркнуто не обращая внимания на подсевших за стол Зину и Эдгара. Однако после третьего тоста и говяжьего холодца с тмином и хреном напряжение за столом несколько ослабло. Вилли и Ян наперебой принялись ухаживать за Зиной. Эрнест завел разговор с Эдгаром о машинах.