Пикник на Лысой горе

 – Зачем я на тебе женился! Какой дурак! А, какой дурак! Затмение на меня нашло, не иначе!

Разумеется, такое поведение мужа отнюдь не пробуждало в Инне теплых чувств и не способствовало примирению супругов. Рыдая, Инна собирала вещи и уходила к себе домой. Через пару дней ей надоедало проводить время в одиночестве. К тому же у нее иссякал поток ругательств, которыми она осыпала всех мужиков на свете, и своего драгоценного в частности. Тогда очень своевременно на пороге появлялся Бритый с извинениями и корзиной алых роз или королевских лилий.

Но в последнее время Бритый не с той прытью мчался мириться с Инной. А вместо лилий он в последний раз посмел явиться с каким-то жалким веником из розовых порядком подмороженных гвоздик. Разумеется, Инна с негодованием швырнула ему этот веник в морду, а Бритый немедленно исправил свою ошибку, купив охапку роз, но факт оставался фактом. На это раз нельзя было довольствоваться банальным уходом. Следовало применить какое-то более эффективное средство, чтобы подстегнуть чувства Бритого и заставить его ценить свою половину.

– Нет, ну что он себе позволяет! – возмущенно произнесла Инна, выскакивая из постели на холодный пол. – Уже три дня прошло, а от него ни слуху ни духу. А ведь Новый год через два дня!

Умываясь и чистя зубы, Инна пришла к выводу, что оставить без наказания такое возмутительное поведение Бритого просто нельзя.

– Пусть мне самой будет хуже, но я ему покажу, – бормотала Инна себе под нос, разглядывая свое отражение в зеркале.

С зеркала на нее с укором смотрела красивая девушка со стильной стрижкой, ровным легким загаром и абсолютно васильковыми глазами. Фигурка у Инны тоже была что надо. Рост за сто семьдесят. Худощавая, но где нужно – кругленькая. К тому моменту, когда Инна плюхнула на сковородку два яйца и энергично взболтала их, у нее уже созрел план.

– Уеду! – решительно воскликнула Инна. – И никому не скажу, куда. Пусть поволнуется! Пусть побегает! Явится сюда за мной, а меня и нету.

Тот факт, что она ни при каких обстоятельствах не услышит, что запоет Бритый, так как сама будет далеко, Инну ни капли не смущал. И намазывая масло на хлеб, она приняла окончательное решение уехать из Питера на несколько дней и встретить Новый год в обществе близких ей людей, а не этой бесчувственной скотины, по недоразумению доставшейся ей в мужья.