Пестрые человечки

– Прямо сегодня можно было бы отдать пленку в проявку, – предложила тетя Лиса.

И тут же умчалась, прежде чем Мариша успела ее остановить. Обратно тетка Лиса вернулась лишь через три часа, когда Мариша уже начала за нее беспокоиться.

– Смотри, что я купила! – радостно воскликнула она. – Во-первых, рамку для картинки с самураем! И еще пару картинок поменьше в том же стиле.

И пока тетя Лиса увлеченно вставляла холст в рамку, собственноручно вбивала в стену гвозди и вешала картину, Мариша пыталась понять, что же, собственно говоря, изображено на двух только что купленных тетей Лисой картинах.

Когда Мариша все же разобралась и поняла, то невольно покраснела до корней волос.

– Тетя Лиса, это уж слишком! – возразила она.

– Ничего не слишком! – воскликнула та. – Все должно быть стильно! И ты только не обижайся, но твоей спальне не хватало изюминки. А теперь она у тебя есть! И не спорь со мной. В конце концов, я художница!

– Ты художница? – удивилась Мариша.

– И очень неплохая, – фыркнула тетя Лиса.

 – А ты что, не знала? Хотя откуда тебе это знать? Понятное дело, когда мой братец общался с твоей матерью, я еще и думать не могла, что стану художницей. Тогда я мечтала пойти в цирковое училище и качаться на канате под куполом цирка. Да, в детстве я была большой фантазеркой!

Мариша хотела ей сказать, что и с возрастом ничего не изменилось, но тут раздался телефонный звонок, и она поспешила к телефону. Звонила Тамара Ильинична – Маришина мама.

– Ты почему меня совсем забыла? – спросила она.

 – Не звонишь!

– А у меня гостья! – похвасталась Мариша.

– Аня, что ли? – поинтересовалась Тамара Ильинична. – Уже прилетела? На этот раз, надеюсь, навсегда?

– Аня прилетела, но это не она у меня в гостях, – сказала Мариша. – У меня моя тетя.

– Не может быть! – решительно отвергла эту мысль Маришина мама. – Серафима вместе с мужем уехали сегодня на дачу, прибрать там все перед зимой. Так что у тебя ее быть не может.

– А у меня вторая моя тетка, – сказала Мариша.

Последовало продолжительное молчание.

– Это что, Фелисия? – прошептала Тамара Ильинична. – Сестра твоего папочки?

– Ага, – кивнула Мариша. – Ты ее помнишь?

– Вот это новость! – воскликнула Тамара Ильинична. – Я ее не видела уже больше двадцати пяти лет! Почти с твоего рождения.

– Мама, это бестактно напоминать мне без конца о моем возрасте! – в шутку возмутилась Мариша.

Но Тамара Ильинична была слишком поглощена своими собственными мыслями, чтобы отреагировать.