Ночь любви в противогазе

– Что ты делаешь? – дождавшись, когда Рябова вынырнет и подплывет к бортику, спросила у нее Алина.

– А в чем дело? Разве я плохо справляюсь?

– Ты работаешь отдельно от команды. «Ножницы» девочки выполнили на три секунды раньше, и после этого ушли под воду целиком.

– И что? Разве три секунды – это много? Подумаешь, три секунды!

Алина даже зубами скрипнула от бессильной злости. Как объяснить дуре, что три секунды для синхронного плавания – это очень и очень много? Это просто нереально много. За три секунды можно успеть сделать массу движений.

Устав сражаться с тупой ученицей, Алина выбралась на бортик. И тут она увидела, как их тренер со странно задумчивым видом наблюдает за потугами Рябовой. Наталья Константиновна тоже уже больше не ругалась и не кричала на Рябову. Она теперь молча стояла и смотрела на нее. И почему-то от этой молчаливой фигуры на Алину повеяло чем-то таким нехорошим, что у нее вся кожа покрылась крупными мурашками.

– Наталья Константиновна, – обратилась она к тренерше, чтобы отвлечь ту от мрачного созерцания бездарной ученицы. – А у меня есть идея, что нам делать с Рябовой.

– Да? И какая же? – мрачно поинтересовалась та. – Утопить ее?

Вообще-то это был бы идеальный вариант. Но Алина лишь улыбнулась, сделав вид, что оценила шутку тренерши. Шутка была довольно сомнительной, но что не сделаешь, лишь бы немного подбодрить близкого человека, впавшего в депрессию.

– А давайте пустим Рябову отдельно?

– Как это отдельно?

– Ну, типа это она специально все время ошибки делает.

Во взгляде тренерши вспыхнуло чувство, похожее на надежду. Вспыхнуло и тут же погасло.

– Я и сама думала об этом, – призналась она Алине. – Но бесполезно. Мне доложили, что в составе жюри будет Михаил Клочков. Знаешь такого?

– Приходилось слышать.

– А это еще тот зануда! Он ни за что не оценит нашу задумку. Для этого старого брюзги главное – чистота и синхронность исполнения элементов. Все остальное он считает глупостями, не заслуживающими отдельной оценки.

– Действительно, зануда! А нельзя ли на него как-нибудь повлиять?

– Как?

– Ну, уговорить.

– Бесполезно, – повторила Наталья Константиновна совершенно убитым голосом. – Мы с тобой не первые такие умные.