Наследство любимой тещи

Обидно! До слез обидно! Как вы можете быть такими злыми?

И заплакал, дрожа всем телом и промокая накрашенные глаза кружевным белоснежным платочком, так что девушкам еще самим же и пришлось утешать свою «подружку».

Наконец, Евгений согласился поверить в то, что лично его никто и ни в чем плохом никогда не подозревал, и немножко успокоился.

– Я вам вот что скажу, девочки, – сказал он, – нам нужно поискать похитителя в окружении всех троих его жертв. Раз этот гад крутился рядом с ними прежде, чем похитить, то должен был невольно засветиться перед ними.

– А еще я думаю, – добавила Елизавета Павловна, – раз похититель был так хорошо осведомлен, кого и когда ему нужно похищать, то у него мог быть осведомитель… опять же среди нас!

Последнее предположение было дружным хором отвергнуто всеми девушками, но заставило задуматься Сашу.

Пусть девчонки на эмоциях не хотели замечать очевидных вещей, но сыщику, который хочет раскрыть преступление в кратчайшие сроки, нельзя было сбрасывать со счетов ни одну из версий.

Но от этих мыслей Сашу отвлек возглас Анки:

– Постойте! Мне кажется, я что-то начинаю вспоминать!

Все внимание немедленно переключилось на девушку.

– Что ты вспомнила?

– Говори скорей!

Анка прижала к вискам тонкие пальцы и медленно нараспев начала говорить:

– Вижу… Вижу дом. Вижу себя в этом доме. Сам дом очень старый. Очень-очень! Он деревянный и весь разваливается. Крыша в дырах, стены в комнатах оклеены древними обоями, они рваные, и на них плесень, последнее неудивительно, потому что в доме очень сыро.

– А где этот дом?

– Я вижу себя. Я нахожусь в каком-то темном помещении. Там очень холодно, стены из бетона, пол тоже. Вдоль стен полки, на них стоят пыльные банки с консервацией. Мне очень хочется есть, и я их ем. Многие банки испорчены, но попадаются такие, которые еще съедобны, хотя банки все грязные, в пыли. Такое впечатление, что в этот подвал никто не заглядывал уже многие десятки лет.

Анку слушали, затаив дыхание.

Наталке, понятное дело, такое внимание к ее сопернице не понравилось, и она тоже воскликнула:

– И я… я тоже припоминаю!

Теперь взгляды устремились на нее. Наталка могла торжествовать.

– Я вижу указатель! – произнесла она гордо. – Сижу в вагоне электрички и вижу название станции! Мельничный Ручей! И табличка с адресом дома! Ее я тоже вижу! Улица Озерная, дом десять!

Когда она замолчала, внезапно стало очень тихо.