Наследница английских лордов. Любовник от бога

Что на буклете были записаны крайне важные для нас номера телефонов. Что мы никого не обвиняем в краже – боже сохрани, – но хотели бы поговорить с той девушкой, которая убиралась сегодня в номере Николая.

И подруги отправились к портье. Он немного удивился, что номер телефона, записанный на пропавшем буклете, понадобился девушкам так безотлагательно, во втором часу ночи, но с истинно арийской сдержанностью пообещал, что наведет справки о буклете и сразу же сообщит им.

– Сейчас в отеле остался только дежурный персонал, – вежливо объяснил портье.

 – Горничные явятся к семи утра. А электрики и прочие мастера, которые также могли входить в номер вашего друга и случайно прихватить ваш буклет, придут не раньше восьми.

– Значит, до утра у нас нет никаких шансов?

– Решительно никаких. Разве что ваш друг сам вспомнит, кто именно был сегодня у него в номере.

Увы, Николай уже никогда и никому ничего не сможет сказать. Но говорить об этом портье девушки не стали. Все равно никто им не поверит, если они даже и расскажут правду.

Без тела Николая их история – всего лишь пьяный бред. А тело, увы, совсем не подумав о последствиях, усвистало куда-то.

– В такой снегопад его могут закопать в любом сугробе. Гарантировано, что до весны никто не найдет беднягу.

Подруги вернулись к себе в номер и стали ждать утра. Однако уже к шести часам муки совести стали совершенно невыносимы.

– Я больше не могу молчать!

– Я тоже!

– Нужно идти и каяться.

– И будь что будет! По крайней мере нам себя упрекнуть будет не в чем!

И девушки, нахлобучивая прямо на ходу шапки и с трудом попадая в рукава пуховиков, помчались в полицию.

Тут их встретили прохладно. На улице было минус восемь. А температура в полицейском участке, когда подруги сообщили о предполагаемом убийстве, упала еще ниже. Дежурный с невозмутимым выражением лица выслушал ломаный английский подруг, а потом спросил:

– Вы ведь русские?

– Да-да!

– И вы вчера вечером пили? Я не ошибаюсь?

– Нет.

Но какое это имеет отно…

– Вы много пили, а потом увидели вашего друга на полу в луже крови.

– Да, но…

– И вам стало плохо.

– Нам стало страшно.

– Верно, плохо и страшно. И вы снова закрылись в ванной комнате. Наверное, вас стошнило.

– Не нужно подробностей! – разозлилась Леся.

– Да, хорошо, – кивнул головой полицейский. – Но потом вам стало лучше, вы снова выглянули из ванной комнаты и никого уже не увидели? Я все верно понял?

– Да, верно.