Муж из натурального меха

Вот только с руками возникла проблема. Поскольку заячьи лапы были застрочены наглухо, освободить пальцы можно было не иначе, как высвободив верхнюю часть целиком. Разумеется, Инга не собиралась этого делать и попыталась обойтись своими новыми лапами.

Какое-то время ей казалось, что она победила, но затем чайник выскользнул и с громким грохотом покатился по полу, разбрызгивая воду. Снизу застучали еще активнее. Инга подняла чайник, еще раз наполнила его водой и поставила на плиту. На этот раз она действовала аккуратнее, воды налила совсем чуть-чуть, так что сложная операция прошла благополучно.

Но появилась новая проблема. Как зажечь огонь? Были бы чайник или плита электрическими – никаких проблем, щелкнул кнопочкой, и все. Но у Инги плита была газовой, еще и розжиг барахлил. Залесный все обещал, что посмотрит, починит, продует, поменяет, и все заработает как новое или даже лучше. Но обещать он обещал, а делать не делал. И мастера вызывать не разрешал.

– Зачем? – отвечал он обычно. – Сегодня после завтрака все сделаю.

После завтрака что-то его отвлекало, и он обещал:

– Вечером точно.

Приходил вечер, потом вечер уходил, но все оставалось без изменений. Ингу это бесило, а самого Залесного – ничуть.

– Завтра посмотрю, – зевал он и засыпал сном младенца.

Словом, розжиг не работал, приходилось пользоваться спичками. Инга нащупала коробок, достала из него одну и прежде, чем успела подумать, можно ли зайцам зажигать огонь, чиркнула спичкой. В первые секунды все было нормально, она даже успела поднести спичку к плите и увидеть, как вспыхнул газ.

Злополучная спичка зацепилась за какую-то ворсинку, прилипла, потом неудачно извернулась и упала прямо на мягкую ткань.

– Ай-ай-ай! – заверещала Инга, чувствуя, как в воздухе запахло паленым.

Она попыталась стянуть с себя комбинезон, дергая за молнию, но та безнадежно заела. Чем-то забился замок, отчего молния не желала двигаться.

– Спасите! Помогите!

Инга заметалась по кухне, роняя посуду. Кое-что падало и оставалось целым, что-то со звоном разбивалось. Шум стоял страшный, но снизу, как ни странно, больше не стучали. Если бы у Инги было время это заметить, она бы насторожилась. Впервые за все время их соседства у дамы снизу появился объективный повод для недовольства, а она не соизволила им воспользоваться. Но Инге было не до того.