Муж из натурального меха

– Я к нему прислугой не нанималась. Я ведь думала, что у нас с ним любовь, что он на мне женится.

– А он обещал? – неосторожно удивился Василий Петрович, чем обидел Лильку еще сильней.

Она набычилась.

– Раз подарки дорогие дарит, значит, любит, так ведь? А если любит, значит, со временем женится.

Носастый долговязый дядечка, очень похожий на Рассеянного с улицы Бассейной, как его любят изображать на обложках детских книжек, неожиданно хмыкнул.

– Распространенное заблуждение, – авторитетно произнес он.

 – Ах, извините, забыл представиться. Шляпкин.

– Кто?

– Шляпкин Донат Николаевич, доктор психологии. К вашим услугам.

Любопытная Лилька и здесь не удержалась, забыла о собственном горе и пискнула:

– Психов лечите?

– Что вы, я консультирую самых обычных людей. Вы себе даже не представляете, как часто нормальные, на первый взгляд, люди оказываются не в ладах с реальностью.

Лилька не поняла и половины сказанного, а потому вытаращилась на похожего на швабру дяденьку:

– Вы сейчас о чем?

– Поясню на вашем примере.

Вот вы сказали, что раз любимый мужчина дарит вам дорогие подарки, значит, он вас сильно любит и даже собирается жениться. В корне неверный вывод! Мужчины совсем не обязательно делают подарки именно тем женщинам, с которыми намерены сочетаться узами брака. Наукой установлено, что мужчины куда чаще и охотнее делают дорогие презенты именно тем цыпочкам, с которыми не собираются связывать свою жизнь.

Из всего сказанного Лилька услышала одно слово.

– Цыпочкам? – прошептала она, и этот шепот уже обещал бурю. – Значит, по-вашему, я для моего Бори была цыпочкой?!

Запруду слез прорвало. Уронив голову на стол, Лилька рыдала с такой силой, что перед ней даже образовалась небольшая лужица. Непривычный к такому бурному проявлению чувств, Шляпкин приплясывал рядом. Он не застал первый слезный приступ и познакомился с Лилькой в состоянии относительного шубного умиротворения, так что ничего удивительного, что сейчас он испугался.

Он пританцовывал вокруг Лили, как неуклюжий аист, и, кланяясь, почти касался ее склоненной головы своим красным носом. Аист Шляпкин бормотал какие-то извинения, но ничего не помогало. Наконец, сильно сконфуженный, он поспешил ретироваться из кухни. Следом за ним заторопился и Василий Петрович.

По пути он делал своей жене знаки, которые нужно было, наверное, истолковать так: убери эту припадочную из нашего дома, пока мне всех гостей не перепугала.