Мулатка в белом шоколаде. Рука, сердце и кошелек

Соврала, выходит?

В общем, Пантелеймонову, едва он сумел вклиниться в монолог, без особого труда удалось убедить женщину, что будет лучше, если рандеву двух грешных голубков прервет суровая рука следствия, а потом ему удалось выудить у разгневанной матери и номер мобильного телефона Насти. Так, оказывается, звали девушку – приятельницу Кати Гладковой.

– Уф! – выскакивая на лестницу и набирая нужный номер, выдохнул Пантелеймонов. – Не завидую я этому Юре! Не приведи бог, иметь такую тещу! Сожрет и не подавится!

Кира скромно промолчала, что она-то как раз круглая сирота.

Не сказала потому, что ей показалось, будто в общении с Пантелеймоновым этот факт может оказаться очень сильным козырем. И не стоит его выкладывать прямо сейчас. Тем более что это будет нечестно по отношению к Лесе, чья мама была мегерой еще похлеще Настиной матери.

Пантелеймонов тем временем сунул трубку к себе в карман.

– Переговоры успешно завершены! – провозгласил он, обращаясь к Кире. – Но боюсь, что залив на сегодня отменяется.

Влюбленная парочка решила довольствоваться отдыхом в ЦПКиО.

– И мы тоже поедем туда?

– А ты против?

Кира вовсе не была против. Если уж не залив, то в такую жару сгодится и парк. Тем более что там такие красивые острова, на которых можно чудно позагорать. На Кире было ее любимое белье леопардовой расцветки. Оно вполне годилось и в качестве купальника. Во всяком случае, Кира успешно использовала его в этом качестве второй сезон подряд. И никаких проблем не возникало.

Никто и не догадывался.

– Поедем на моей машине, – по-хозяйски распорядился Пантелеймонов, даже не спрашивая, что думает на этот счет сама Кира.

И едва та открыла рот, чтобы возразить, тут же добавил:

– У меня в машине стоит кондиционер.

Кирин рот закрылся сам собой. В такую жару, которая неожиданно наступила в городе, этот аргумент был исчерпывающим.

– Ладно, – буркнула она, не желая показывать, что страшно довольна. – Ты же все равно настоишь на своем. Пользуешься моей кротостью.

– Нет, если хочешь, то мы можем поехать и на твоей машине, – неожиданно предложил ей Пантелеймонов.

Тут уж наступил черед Киры заволноваться.

– Что ты! – воскликнула она. – Не надо! Я совсем и не хочу.

– Точно? – пытливо посмотрел на нее Пантелеймонов.

– Да! Да! – заверила его Кира.

– А то смотри, – якобы все еще колеблясь, произнес Пантелеймонов.

– Поедем на твоей!

– Ну, как хочешь, дорогая, – ласково пропел Пантелеймонов.