Луч света в темной коммуналке

Но все же Дима предпочел бы знать точно, кто стащил его ключ и сделал с него дубликат. Для этого он обежал все мастерские, предоставляющие услуги по изготовлению ключей, какие знал в окрестностях своего дома. Результат проверки был заранее предсказуем.

Уже в третьей мастерской Диме сказали:

– Узнаю свою работу. Ключ делали у нас.

– А кто? Кто его к вам приносил?

– Дайте-ка подумать… Ага! Уж не тот ли это был дедушка с большой бородой…

У Димы внутри все так и похолодело.

– И с розовой лысиной? – упавшим голосом спросил он.

– Ну да, точно он и был. Сказал, что приехал к внуку погостить, нужен дубликат ключика. Я еще потому его запомнил, что заплатил он мне за работу тройную цену, хотя я его об этом совсем не просил.

Недолгий опрос мастера дал Диме подробный портрет этого мифического «дедушки». Он полностью совпадал с описанием, данным ему Натуськой. Получалось, что некий богатенький и бородатенький старикан бродит в окрестностях квартиры Димы, представляется всем его дедушкой и имеет уже свободный доступ в комнату Димы, но при этом сам Дима даже понятия не имеет, кто этот «дедушка» такой.

Вернувшись назад, Дима первым делом поменял сердечник своего замка, который приобрел, по дороге забежав в хозяйственный. Внутренне он злорадствовал. Вот и пусть теперь «дедушка» попробует снова к нему заявиться. Дверное полотно стоит тут еще с прежних времен, оно прочное и крепкое, сделано то ли из дуба, то ли из ореха.

Но долго поваляться ему не позволили. Не такой это был день. Вновь раздался звонок, на сей раз звонили по скайпу. И Дима увидел, что это звонит его клиент. Привычно пахнуло холодком, заледенели руки и ноги, подкатила к горлу тошнота. Все эти признаки Дима считал весьма неблагоприятными, своим чувствам он привык доверять, и сейчас они ему подсказывали, что от этого звонка добра ждать не приходится.

– У меня есть для вас новое задание.

Заказчик всегда так начинал их разговор. Всегда на «вы» и всегда новое задание. Лица своего собеседника Дима не видел еще ни разу. Голос тоже был каким-то странно скрежещущим, словно бы собеседник нарочно шифровался от своего клиента.