Красотка на все руки

В ответ на их вспышку мужики лишь нехорошо ухмыльнулись.

– Может быть, оно и чушь, – произнес один из них. – Только вам это должно быть интересней всех точно знать.

– Почему это нам? – передумали уходить подруги.

– А потому!

– Почему? Это вы тут живете, вам и карты в руки. Узнавайте про Лесси. Ловите ее.

– А вот и нет!

– Почему же нет?

– А потому, – ответил тот же мужик. – Потому что псину эту на вашем участке-то чаще всего видели.

И не успели подруги обдумать это заявление, как второй мужик прибавил:

– Логово у нее там, не иначе.

– Али приплод.

На этом месте Танька поднялась и твердо заявила, что ей и подругам пора домой. А то уже начинает темнеть. А им еще возвращаться обратно. В логово неведомого монстра.

– Кстати, если увидим немыслимое чудище, передадим ему от вас привет, – ехидно проронила она напоследок.

И подруги ушли, сопровождаемые жалостливыми взглядами местных мужиков.

– Не поверили они нам, – со вздохом произнес один из них.

– Их дело.

Обратно в дом Вали подруги вернулись в смятенных чувствах. История про страшное чудовище казалась им до невозможного глупой. Однако, если там они бодрились и смеялись над рассказом аборигенов, то, вернувшись домой, начали по-другому воспринимать слова местных чудаков. Дом навевал на них тоску. А участок за ним, погруженный во тьму, и вовсе пугал.

– Местечко-то Валя и в самом деле выбрал мрачное, – заявила Кира.

– И участок весь деревьями и кустарником зарос. Мог бы и почистить.

– Такие дебри любой зверь может облюбовать. Хотя бы даже и медведь.

– Медведь – это ты загнула!

– Ну, не медведь, так большой волк. Сразу за участком Вали дикий лес начинается. Между ним и участком даже ограды еще нету!

– В деревне есть старый охотник, – напомнила подругам Леся. – Вряд ли он спутал бы собачьи следы со следами волка.

– Собака и волк очень похожи!

– Но следы у них разные!

– Только самую малость.

И во избежание ненужной ссоры подруги решили обратиться к арбитру – Евгении Валентиновне. К удивлению подруг, услышав про непонятное чудище то ли собачьей, то ли волчьей породы, женщина побледнела. И, приложив руку к сердцу, тихо осела на стул.

– Значит, и они ее видели! – прошептала она едва слышно. – Ой, какой кошмар! А я-то думала, мерещится мне!

– Евгения Валентиновна! – затеребили ее подруги.