Королевские цацки

Им, а особенно отцу очень не нравился роман дочери с художником.

– Смотри, поматросит он тебя и бросит, – предостерегала дочь и мать тоже. – Что тогда делать будешь?

– У тебя, мама, какие-то старорежимые предрассудки! – смеялась в ответ дочь, но на душе у нее скреблись кошки.

А что, если Георг ее действительно прогонит? Нет, конечно, Валерия не погибнет, ничего такого с ней не случится. Но как все-таки погано жить и не знать, как на самом деле относится к тебе твой бой-френд. И сейчас Валерии очень хотелось похвастаться ключом перед родителями, успокоив их и одновременно усовестив, что зря они плохо думали о Георге.

Он к их дочери относится более чем серьезно. Даже ключ от своей квартиры дал. Фактически, сказал, что теперь она хозяйка в его доме. А хозяйка – это почти жена. Это всем известно.

Но похвастаться перед родителями не получилось. Ключ из сумки исчез. И напрасно Валерия выкинула оттуда все свое барахлишко. Среди косметики, чеков и таблеток от кашля никаких ключей не было.

Сначала Валерия подумала, что она ключ сама сунула куда-то, а потом забыла. Например, в карман куртки! Но и в карманах, которые так же старательно обыскала, ключа не было. И в душу Валерии потихоньку заползала самая настоящая паника, от которой тряслись руки и холодело в животе.

Валерия еще раз мысленно прокрутила весь сегодняшний день. И поняла, что ключ мог пропасть у Лешки дома. А когда Валерия вспомнила такой откровенный интерес Ирки к размеру благосостояния Георга, она окончательно убедилась: ключ украла Ирка.

Зря она доверилась этой пройдохе! Ведь знала же, какой фрукт эта Ирка!

И вскочив на ноги, Валерия кинулась к телефону. Она звонила брату. Она звонила Ирке. Но ни тот, ни другая трубки не брали. И это лишний раз подтвердило подозрение Валерии.

Так что на следующий день рано утром она первым делом понеслась к брату. И ворвалась в его квартиру с воплем:

– Воровка! Верни мне ключ, гадина!

Надо сказать, что в гневе Валерия была страшна.

И она даже не сомневалась, что сметет с лица земли тщедушную Ирку, если понадобится, просто вытряся из нее проклятый ключ.

– Где Ирка? – завопила она на брата. – Давай ее сюда, гадюку!

Но оказалось, что трясти ей некого. Дома был один Лешка – весь какой-то скукоженный и побитый, словно собака.

– Тихо ты! – шикнул он на разошедшуюся сестру. – Нету Ирки! И не будет! Еще лет пять не будет.

– Как это? – разинула рот Валерия.