К колдунье не ходи. Знойная женщина – мечта буржуя

– Может, капитан вопреки уговору уже съездил на большую землю и привез тех ребят, о которых ему говорил Лисица?

Такой фортель был вполне в духе строптивого капитана. И решив, что коли уж они так близко от пристани, то глупо поворачивать назад, подруги продолжили спуск вниз. До пристани и впрямь было уже совсем недалеко. Девушки быстро дошли до баркаса, на котором нашли самого капитана при полном отсутствии остальной команды.

– Кто бегает по острову? Какие еще мои члены экипажа? – сварливо осведомился он у подруг.

Как заметили подруги, отдыхал капитан в тесном сообществе с тремя бутылками. Две были от пива, одна от водки. Запах перегара, витавший в каюте, а также красное лицо капитана и его налившиеся кровью глаза говорили о том, что капитан пьян.

Между тем алкоголь бушевал в капитане все сильнее. Он наливался злобой до самых краев, а потом грохнул кулаком по столу, так что подпрыгнули и бутылки, и подруги, и завопил:

– Будут мне еще бабы указывать! Хватит с меня и молокососов, которых мне в командиры навязали! Пошли вон, свиристелки! Вон, пока мое терпение не лопнуло!

Страшась себе даже представить, что может произойти, если терпение капитана лопнет, подруги пулей вылетели с баркаса, а потом начали проворно карабкаться вверх по склону.

– Ходят тут всякие! Мешают отдыхать! Вон! Все вон с палубы! На судне должен быть один капитан.

Наконец его вопли несколько стихли. Подруги отбежали на приличное расстояние, когда наконец решились остановиться и немного передохнуть.

– Если тот тип сунулся к капитану на судно, то я не удивляюсь тому, как быстро он бежал.

– Ага, задал стрекача, потому что Иов его шуганул от себя.

– И все?таки, кто это был такой?

Вернувшись назад, девушки отозвали своих мужчин в сторону, после чего поведали им о странной встрече. Но, к их удивлению, ребята отреагировали равнодушно.

– Значит, насчет доставки питьевой воды вы старому пьянчуге ничего не сказали?

– Знаешь, как?то к слову не пришлось! – огрызнулась на него Кира. – Хочешь, сходи сам. Может быть, тебя он воспримет более ласково.

Но Эдик от прогулки вниз к неприветливо шумящим водам залива отказался.

– Завтра поговорю со старым чертом, – зевнув, сказал он.