Гусары денег не берут. Неполная дура

Они еще не прибыли?

– Ой, спасибо! – обрадовалась Кира. – Нет, не прибыли.

– Значит, вот-вот приедут. Уже час, как выехали.

– Ну, надо же! – расчувствовалась Кира. – Какой вы милый, Евгений. И разумеется, я компенсирую вам все расходы!

– Не вздумайте, а то я обижусь!

– Вы очень добры.

– Я не так добр, как вам кажется. Но в данной ситуации я чувствую себя виноватым. Ведь это я напоил вас вином и вынудил оставить свою машину у меня возле дома.

– Да, но…

– Так что не будем больше об этом! – прервал ее Евгений.

Кира положила трубку и сообщила проснувшейся Лесе, что свидание с Евгением откладывается на неопределенное время.

– Жаль! – зевнула Леся. – Но, может быть, он еще передумает?

Кирин домашний телефон снова зазвонил.

– Да, Евгений! – радостно воскликнула она в трубку.

– Привет, сладкая! – раздался голос Валеры. – Чем занимаешься?

– Да так, только что проснулась.

– Молодец! Кто много спит, у того меньше проблем.

– Никто!

– А все же?

Голос Валеры похолодел, и Кира сочла за лучшее сказать ему правду:

– Ну, один из клиентов доктора Пешкова. Ты же сам дал нам список его VIP-клиентов.

– И что?

– Евгений – один из них.

Валера некоторое время помолчал.

– Слушай, зайчонок, – озабоченно произнес он, – вы бы там с Леськой поосторожней с этими психами. Все-таки кто-то из них прикончил нашего доктора. Глядишь, и на вас покуситься могут.

Кира только хмыкнула. Долго же до мужчин доходит! Вообще цирк с ними, сначала сам список всучил, а теперь волнуется, как бы с девушками чего не случилось.

– Мы с Борькой освободимся сегодня только после двенадцати, – сказал тем временем Валера. – В одиннадцать в одно место на Петровской набережной заедем, там минут десять-пятнадцать, потом еще там же по соседству заглянем, а потом все, свободны. Годится?

– Угу!

Особой радости в голосе Киры не прозвучало. Но Валеру это не смутило.

Хотя эта красивая девчонка – Валера ни за что не признался бы в этом даже самому себе, но тем не менее, – эта рыжая девочка затронула в нем еще какие-то струны, помимо мужского самолюбия. Очень уж забавно она храбрилась, стараясь не показать своего страха, хотя и слепому было видно, что она боится его.