Гусары денег не берут. Неполная дура

Это какую же физическую силу надо иметь ревнивой подружке Пятипалова, чтобы вот так раскурочить добротную мебель из цельного массива дуба?

– Она у него что, тяжелоатлет? – опасливо прошептала Леся. – Слушай, а вдруг вернется?

Кире тоже становилось не по себе по мере того, как ее взгляду представали все новые и новые свидетельства разрушительной бури, которая пронеслась над гнездом Пятипалова.

– Она совершенно вывела меня из равновесия! – простонал Пятипалов. – Да еще эта нелепая история со смертью моего психоаналитика.

– Так вы артист?!

Подруги непритворно восхитились. Хорошо-то как! А они уж думали, что у Пятипалова просто сильно плохо с головой, если он так одевается. Но если он артист, тогда все понятно. Артисту иначе и нельзя. Имидж обязывает.

– А где вы играете?

– Я танцую в балете. Вы что, не знаете?

Сейчас Пятипалов выражал легкую степень недовольства. Как это про него, такого знаменитого, и не слышали?

– Просто мы редко ходим в театр.

– Работа такая.

– Понимаю, – сник Пятипалов. – Искусство сейчас не в почете. Все гоняются за деньгами. За своими или за чужими.

Подруги покраснели. Удар был, что называется, не в бровь, а в глаз. Они в самом деле совершенно замотались с этими чертовыми ста тысячами. И самое скверное, что не представляли, кому же их можно спихнуть, чтобы потом самим не было мучительно плохо.

– Давайте приступим к делу, – произнес Пятипалов.

И он снова болезненно поморщился. Уже не в первый раз с начала знакомства.

– Что с вами? Что у вас болит?

– Голова.

– Анальгину дать? – встревожилась Леся. – Или нурофен? У меня есть с собой и то и другое. Нурофен действует быстрей, но если вы предпочитаете лечиться по старинке, как многие любят, тогда, конечно, анальгин!

– Девушка, лекарства мне не помогут! Это от стресса! Моя подруга вывела меня из равновесия. И мне может помочь только одна вещь.

С этими словами Пятипалов прошел к чудом уцелевшему бару, который стоял в гостиной на почетном месте прямо напротив входной двери. И извлек почти целую бутылку коньяка.

– «Белый аист!» – шепнула подруге глазастая Кира. – Отличная штука, если не паленая, конечно.

– Подарок поклонников. Выпьем?

Вид у Пятипалова был такой, что подругам стало ясно, с ними или без них, он все равно выпьет. Да и пусть! Глядишь, разговорчивей станет.