Гусары денег не берут. Неполная дура

– А сегодня?

– Сегодня уже поздно. Завтра с утра пойдем. Сначала к человеку, которому деньги посылались. А потом, если уж там ничего не прояснится, то в приемную к доктору.

На следующий день уже в семь утра подруги переминались с ноги на ногу у дверей той же самой квартиры, куда безуспешно пыталась проникнуть Леся накануне. Там они пробыли до девяти. Но им так никто и не открыл.

– Это просто свинство! – ворчала Кира. – Мы встали в несусветную рань, чтобы вернуть чужие деньги. Нам это надо? А этот тип, вместо того чтобы рыдать от благодарности, дрыхнет и не желает свои деньги брать!

В общем, подруги только даром потратили время.

«У нас есть одна вещь, которую нас просили вам передать. Если заинтересуетесь, то будьте дома, мы еще зайдем. Или оставьте записку, где вас искать».

Координаты для связи подруги решили не указывать. Хотя сначала думали оставить номер Лесиного мобильного, как-никак, а это именно ей было оказано такое доверие.

– Все-таки этот Пешков был хорошим специалистом, – сказала Кира. – За несколько минут тебя раскусил. И не побоялся доверить такие деньжищи. Понял, что ты скорей сама сдохнешь, но чужой копейки ни за что не возьмешь.

– М-да.

У самой Леси остались о докторе самые неприятные воспоминания. Как человек он ей решительно не понравился. И к тому же ее не оставляла в покое мысль, что это его проклятое доверие, которым так восхищалась Кира, ей еще аукнется.

И точно! Придя в приемную доктора Пешкова, подруги увидели рыдающую секретаршу.

– Ой, ограбили нашего бедного Михаила Валентиновича! – закатывая глаза и икая, рыдала Оксана. – Ог-ограбили и уб-били!

Ее хорошенькое личико покраснело от слез. Икала она так сильно, что подруги сначала даже не разобрали, о чем она говорит.

– Постой! Кого убили?

– Ми-михаила Ва-валентиновича!

– Убили?

– Убили! – торжественно подтвердила Оксана.

– Откуда ты это знаешь?

– Так милиция позвонила и потребовала, чтобы я еще раз продиктовала им список всех посетителей, кто был у Михаила Валентиновича вчера в промежутке между пятью и семью часами вечера.

Леся вздрогнула. Она была в приемной в шесть вечера.

– А еще Нелли приходила, – продолжала плакать Оксана. – И сказала, что деньги пропали!

– Кто такая Нелли?

– Нелли? Нелли – это Нелли.