Гарем шоколадного зайки. Дело гангстера боится

Марго всегда везло!

Леся с трудом удержалась, чтобы не сказать изнывающей от зависти Лене, что родители Марго – тот самый дядя Вадим и Марфа Петровна – давно в могиле. А она, упрекающая подругу в невнимательности, понятия об этом не имеет.

Но вместо этого Леся спросила:

– Как же вы поступили с собачкой?

И, чтобы оправдать свой интерес, прибавила:

– Просто большая мохнатая собака – это не лучший вариант для семьи с детьми, склонными к ОРЗ и кожной сыпи.

– Да какая там большая! – отмахнулась Лена. – Крошечный совсем песик.

И лысый!

– Что?

– Лысик! Марго так и сказала: бери Лысика да береги его пуще всех своих детей. Когда через пару недель вернусь, озолочу, если с Лысиком ничего не случится.

– Так и сказала?

– Да. Вернешь, говорит, мне его в том же виде, что и получила. И учти, если хоть что-то с него убудет, у меня есть такие знакомые, которые и тебя, и твою квартиру, и детей твоих по кирпичику разберут, а потом соберут в произвольном порядке и похоронят в общей могиле.

– Э… Это она шутила так?

– Ну, сначала-то я так и подумала.

Только Марго что-то невеселая была. И вот теперь я думаю, а правильно ли я поступила, что сплавила Лысика к Василисе. Она хоть и хорошая девочка, но ее Бонифаций… это такой хулиган!

– Минуточку, а кто такая Василиса? И этот ее… Бонифаций?

– Васька – моя двоюродная сестра. Она еще студентка. Живет в соседнем доме. Девчонка радуется любой возможности немного подзаработать. Так что я ей дала немного денег из тех, что оставила Марго, передала миски, коврики и все прочее, а Васька сказала, что все будет в ажуре.

– А Бонифаций кто?

– Это ее такса. Жуткий хулиган! Если он попортит Лысика, то как мне его вернуть Марго? У этих китайских хохлатых собачек такая нежная кожа, вдруг Боня ее поцарапает или причинит Лысику иной ущерб?

Леся хотела сказать, что песика Марго никогда уже не заберет, но заколебалась и попридержала эту информацию. Во-первых, районному педиатру, роль которого она сейчас играла, не полагается знать таких подробностей.

А во-вторых, кто знает эту Василису: вдруг, поняв, что Лысика ей подбросили навсегда, а денег заплатили всего за две недели, она не захочет заботиться о песике и просто выгонит беднягу на улицу?

– Так вы дадите мне рецепты? – оторвал Лесю от ее размышлений требовательный голос Лены.

– Рецепты?

– Пропишете лекарства? Вы сидите тут уже битый час, а ничего еще не сказали о том, как мне лечить детей.

Вид у Лены был крайне недовольный.