Без штанов – но в шляпе

И знаешь… Ты сейчас обратно пойдешь, куда тебе надо попасть-то?

– На полянку, где барбекю.

– А-а-а… – с видимым удовольствием протянул мужчина. – Узнаю вкусы Григория. Все шашлыки бы ему, да мясо, жаренное на вертеле. Любит, что поделаешь. Ладно, иди сейчас налево и до упора. В стену упрешься, нажми на белый камень. Да хорошенько так дави, не жалей сил. Как проход откроется, вылезешь через кусты, как раз возле полянки. Ну а дальше действуй, как ум подсказывает!

Лариса вышла из камеры, аккуратно заперла ее вновь на ключ и поспешила в указанном направлении.

– Что я делаю? – пробормотала Лариса, изо всех сил давя на камень. – Ведь глупость же! Еще «сим-сим, откройся» сказать бы посоветовал!

И тут ей показалось, что камень зашевелился. А затем часть стены, оказавшаяся всего лишь декорацией, отошла в сторону, и на Ларису пахнуло свежим воздухом.

– Ну надо же! – восхищенно пробормотала женщина. – Не подвел ведь! Молодец, дядька!

Лариса выбралась через лаз, и стена тут же вернулась в обратное положение. Теперь Ларисе предстоял путь наверх по узкому туннелю. Но и ему пришел конец. Встав в полный рост и отряхнувшись, Лариса пробралась через густые кусты к виднеющемуся в них просвету. Возможно, она бы и еще пошарила возле дома в надежде найти какие-то улики, но доносящиеся до ее слуха голоса говорили о том, что ей пора возвращаться.

В отличие от нее самой, у Богдана дела шли явно хуже.

– И где твоя жена? Где твоя баба, я спрашиваю? Стой смирно, глаз не отводи!

Лариса глянула на поляну и увидела своего Богдашу, которого тыкал в нос кулаком здоровенный охранник. Богдана держали под руки еще двое амбалов. Мерзавец Эрнст, какой-то скукоженный, сидел тут же на стульчике, наблюдая за церемонией истязания с явным удовольствием.

Бить мужа! Да она даже самой себе никогда такого не позволяла! Хотя иногда руки и чесались дать Богдану разок в нос. Особенно когда он болтался со своими многочисленными дружками, решая их насущные проблемы вместо того, чтобы решать проблемы своей семьи. Но как бы ни относилась Лариса к собственному мужу, сейчас все ее чувства были на его стороне.