Детонатор для секс-бомбы

И если свои бытовые проблемы он решил относительно легко, лечение покрыла страховка, которую всех сотрудников в обязательном порядке заставляло покупать руководство банка, а на работе Мишин заместитель неплохо справлялся со своими и Мишиными обязанностями, в личной жизни у Миши не клеилось. А ему, маявшемуся целый день от вынужденного уединения, страшно хотелось общения. Но друзья все работали, и вообще у них были и другие дела, кроме долга развлекать Мишу. В конце концов Миша нашел утешение, наблюдая за жизнью соседей.

– Только ради бога не подумайте, что в нормальном состоянии я способен сидеть дома и целыми днями подглядывать за соседями, – объяснил он подругам. – Но от безделья у меня просто мозги плавятся. Вы уж извинитесь перед вашей подругой. Хотя, честно говоря, мне казалось, что ее эта игра забавляет.

– Так и было, – хмуро кивнула Дуня.

– Но как же так? – удивился Миша. – Почему же вы пришли? Это… Это ведь она вас послала?

– Не совсем, – призналась ему Мариша.

– А почему она сама не пришла? – спросил Миша.

– Она не может, – произнесла Мариша. – Она умерла.

– Убита, – добавила Дуня. – Вчера вечером.

Миша побледнел и сделал попытку встать и подойти к окну, чтобы посмотреть на Танькину квартиру, видимо, совершенно забыв при этом про свой гипс. Попытка не увенчалась успехом, и Миша шлепнулся обратно на сиденье кресла.

– Не может быть! – наконец произнес он.

– Но ты же видишь, что у Таньки задернуты шторы, – попыталась доказать ему свою правоту Дуня.

– Но еще рано! И вообще… Она иногда задергивала шторы, когда ждала к себе гостей.

Подруги переглянулись.

– Можешь позвонить вот по этому телефону, следователю Белоокову, он ведет дело об убийстве Татьяны, – сказала Мариша, порывшись в сумочке и протянув Мише белый прямоугольник.

Звонить следователю Миша не стал. Вместо этого он растерянно пробормотал:

– Но как же так? Я же видел ее вчера вечером.

– Что?! – хором воскликнули подруги. – Какой гость?

– Естественно, мужчина, – пожал плечами Миша. – Пришел около девяти часов вечера. Нет, уже было начало десятого. А когда ушел, я не знаю. Не видел. С моего наблюдательного пункта, как вы можете убедиться, хорошо видна только часть квартиры моей соседки. В том числе и ее спальня.