Цирк под одеялом

– Это я понял. А вы кто такие?

– Мы к вам из общества «Трезвость – норма жизни!». Нас послали к вам в качестве самых активных его членов.

Леся кинула на подругу удивленный взгляд. Она впервые слышала про такое общество. А также понятия не имела, что они с Кирой состоят в его активе.

– Не пойму, – помотал головой Горыныч. – А я тут при чем?

– У вас проблемы с алкоголем, – мягко произнесла Кира. – Не спорьте. Это видно невооруженным взглядом.

– Но я…

– Не нужно стесняться! – перебила его Кира.

 – Вот моя подруга – она потомственная алкоголичка.

Леся не возразила лишь потому, что проглотила язык от возмущения. Она?! Потомственная алкоголичка?! Да ее папа вообще в рот и капли не брал! А мама позволяла себе лишь рюмочку-другую на важные праздники. Новый год или день рождения! И бабушки с дедушками у нее были очень приличными людьми.

А Киру в самом деле несло.

– Ее отец пропил даже концертный рояль, – вдохновенно врала она. – Тот самый, с которым он ездил на гастроли.

Продал обручальное кольцо своей жены. То самое, с которым они венчались в церкви. И даже детские игрушки своей маленькой Леси он пропил.

Лесе стало себя жалко до слез. Хотя папа у нее был чудесный и ничего подобного не творил. Но все равно на большие Лесины глаза навернулись слезы.

– Видите! – тут же закричала Кира. – Она плачет! Я говорю чистую правду!

Горыныч тоже посмотрел на Лесю. А потом растерянно перевел взгляд на Киру.

– Но при чем тут я?

– Корень любой проблемы заключается в том, что человек сам не знает, почему он пьет!

– Я знаю!

– В самом деле? Хм.

И почему же?

– С работы меня выгнали. Вот и пью. Всю жизнь на цирковой арене провел. За кулисами у матери роды начались. Сразу же как из больницы выписалась – снова на манеж. А меня все артисты по очереди нянчили. Так и вырос. С малолетства у матери в номерах участвовал. От нее всему научился. А потом уж и сам с выступлениями начал по стране колесить.

К этому времени третья и последняя бутылка пива была выпита.

Горыныча на «старые дрожжи» развезло. И его потянуло на сентиментальные разговоры. Обычно в таком состоянии тянет излить душу первому попавшемуся слушателю. И Горыныч не стал исключением.

Очень быстро подруги поняли, что имеют дело с последним романтиком. Горыныча не интересовали гонорары, которые он получал за свои выступления. Его даже не интересовало, где и как он будет жить и где проведет следующую ночь. Он был актером.