Царевна золотой горы

Но видно, ничего не попишешь. Такова моя судьба!

И Мариша, уже выпившая несколько бокалов шампанского, которое она заглотнула с горя, пока муж болтал с «коллегами», отправилась в бар. При этом она твердо помнила лишь одно правило – нельзя понижать градус принимаемого напитка. Только это может повлечь за собой непоправимые последствия, как например, проснуться в чужой постели и наутро познакомиться с новым человеком. Но к таким радикальным переменам Мариша была еще не готова. Все-таки она любила своего мужа.

– Итак, что же мне выпить?

После шампанского можно было выпить коньяк или ликер, но после них уже ни в коем случае нельзя было пить вино или пиво. И, вооруженная этой нехитрой премудростью, а также кредиткой, к которой ее муж не имел никакого отношения (на всякий случай Мариша решила быть осторожной и щепетильной, вдруг Смайл уже завтра подаст на развод), молодая женщина зашла в бар.

Она нарочно выбрала тот бар, который находился подальше от ресторана, где она оставила Смайла с его двумя гуриями.

Но планам Мариши не суждено было сбыться. Едва только она присела за стойку бара, как моментально возле нее материализовался маленький лысоватый мужичок, который радостно заулыбался ей:

– Какая роскошная женщина и в одиночестве!

– Я замужем! – как-то тоскливо просветила его Мариша.

Но мужичок ничуть не испугался, а вроде бы даже обрадовался.

– Так и я не свободен! – заявил он Марише. – Плыву вместе со своим самоваром. Выпьем за это?

Они выпили за своих отсутствующих супругов и вроде как сблизились. Лысый мужичок, которого звали Вася, совсем не делал попыток приставать к Марише. Вел он себя галантно, спиртное заказывал исключительно за свой счет, ужасно обижаясь, когда Мариша пыталась покупать коньяк сама.

– За своих друзей я всегда плачу сам!

– А у вас их много?

– Трое! – с гордостью произнес Василий. – Такие кореша, что еще поискать! Эх, жаль, что Изольда их на дух не переносит. С ними бы это путешествие не было мне в тягость!

Василий все угощал и угощал Маришу за свой счет. Настаивал и обижался, если она отказывалась. При этом даже не пытался намекнуть на какие-то дальнейшие отношения между ними.