Брачная ночь в музее

Но, конечно, пожелание могло исходить лишь от руководителя учреждения.

– Да, да, всем нашим ветеранам труда придется уйти! Главному бухгалтеру. Главному инженеру. Главному хранителю. Заведующим секторов. Всем руководителям! Может быть, кому-нибудь из специалистов разрешат остаться, если они проявят свою лояльность к новому курсу. Ну, и служащие – кассир и контролер, да смотрители – эти тоже останутся.

– А гардеробщик с дворником?

– Ксения, не придуривайся. Не время шутить. Речь идет о твоем будущем. Ты хочешь остаться в музее?

– Сейчас – да.

Но в обновленном по вкусу Вени музее для нее места уже не будет. Это Ксюша знала твердо.

– Тогда подписывай!

И Георгий извлек откуда-то лист бумаги, густо испещренный подписями. Ксюша наклонилась, чтобы изучить его. Сколько же тут подписей! Почти все сотрудники поставили закорючки. Вот кучерявая подпись Гены – их художника-реставратора, вот быстрая и размашистая подпись специалиста по сохранности музейных предметов. Почти все специалисты подписались под текстом этого документа.

Она прочла всего несколько строчек и почувствовала, как кровь прихлынула к ее щекам. Как им не стыдно! Как они могли так легко и просто предать своих старших коллег! Какая напраслина! Какая ложь! Потом Ксюша почувствовала, что бледнеет. А затем ее снова кинуло в жар. Очень скоро она отодвинула документ в сторону и воззрилась на Георгия с таким негодованием, что даже он засмущался и закашлялся.

– Ну, что ты так на меня смотришь? Да, это петиция от всех нас – сотрудников музея, в которой мы излагаем свое мнение относительно старого руководства.

– И давно?

– Что?

– Давно у вас сложилось о нашем руководстве такое мнение, как о старых маразматиках и халтурщиках?

– Давно!

– С приходом Вени, надо полагать, это мнение выкристаллизовалось?

– Вениамин тут ни при чем!

– Ты сам предложил поговорить откровенно, а теперь лукавишь мне прямо в лицо.

– Хорошо, – вздохнул Георгий. – Да, с приходом Вени это мое мнение оформилось.

– И ты полагаешь, что я должна ЭТО подписать?

– У тебя просто нету другого выхода! Уход старой гвардии – это дело решенное. Решенное там, наверху! По большому счету, эта бумажка ничего не значит. Все уже решено и без нас.