Туринская плащаница: вопрос остается открытым

Итак, Евангелия должны были стать подлинными свидетельствами, подтверждающими истинность событий, главным действующим лицом которых был Иисус, а также истинность Его учения. Они должны были стать историческими свидетельствами, использовавшимися впоследствии для поучения христиан.

Этот аспект личности Иисуса как главного действующего лица важнейшего момента истории человечества, в котором заключено оправдание самого существования прошлых и будущих поколений, определяет интерес общественного мнения к самой драгоценной археологической находке, сохраненной христианской традицией.

Объект, который современная наука несмотря на некоторые противоречия пытается определить сегодня как немого свидетеля последнего акта земной жизни Иисуса – а именно, Туринскую Плащаницу, – некоторые без колебаний называют «Пятым Евангелием».

Описание Плащаницы

Плащаница (по-гречески «синдон» – льняной саван) – кусок льняного полотна, которое евреи использовали для заворачивания тела перед погребением. Таким образом, святая Плащаница – погребальный саван, в который, согласно трем синоптическим Евангелиям, было завернуто тело Иисуса из Назарета перед положением во гроб.

Традиция утверждает, что Плащаницу – погребальное полотно – использовали, по всей вероятности, так, как изображает эта акварель на шелке, без даты и без подписи, известная под названием «Святая Плащаница из галереи Sabauda». Первоначально ее приписывали далматскому миниатюристу Джулио Кловио (1498–1578), но впоследствии выяснилось, что ее автор – Джованни Баттиста Делла Ровере, создавший ее, вероятно, между 1623 и 1630 гг.

Плащаница, хранящаяся в королевской капелле Турина, по самым последним историческим и научным сведениям сегодня представляет собой один из наиболее спорных археологических документов, которому нет равных среди других христианских реликвий по значению информации, содержащейся в нем.

Хотя после малоутешительных результатов радиоуглеродного анализа Церковь не спешит высказывать свое окончательное суждение (кардинал Баллестреро предпочел говорить о «досточтимой иконе»), многочисленные ученые и специалисты по различным научным дисциплинам не сомневаются в ценности документа, пробудившего и продолжающего пробуждать к себе живой интерес не только в христианском мире, но и в мире современной науки.