Бонус для монсеньора

– А это еще зачем? – дрогнувшим голосом поинтересовалась у Апогея Леся. – Оружие?

– Понимаю, что вы не одобряете. Но у меня есть на него разрешение!

– На кастет? – справедливо усомнилась Кира, которая знала, что кастеты и прочее ударное оружие на территории России к продаже и ношению вообще не допускаются.

– Что кастет! Главное – это удар. Если кастет вас нервирует, могу взять болт.

И Апогей в самом деле извлек из ящика стола внушительных размеров железяку с резьбой и шляпкой. И сжал ее в руке.

– Теперь ничего не видно.

– Болт не видно, – согласилась Леся. – Ну а нож?

– Нож – это экспонат.

– Но им можно убить!

Апогей нахмурился.

– При желании и зубочисткой убить можно, – сказал он.

– Но этот тесак… Это же холодное оружие.

– Вовсе нет. Он даже продавался без специального разрешения.

– Но им можно убить.

– Я уже говорил, убить можно чем угодно. А тесак… Это просто орудие морального устрашения.

И видя, что девушки все еще колеблются, Апогей произнес:

– А как он Марину? Ему можно, да? Я вас сразу предупреждаю: не хотите, чтобы я вам помогал, сам найду этого мерзавца. Номер его машины я запомнил. Марку и цвет тоже. Так что найти его для меня проблем не составит.

– Найдете, и что??

– Найду и поговорю с глазу на глаз. Так что, если хотите, чтобы парень остался хотя бы жив, поезжайте со мной. Если увидите, что я вхожу в раж, остановите.

Хорошенькая история! Только им для компании не хватало бывшего боксера, вооруженного тесаком и смертоубийственными кулаками.

– Либо со мной, либо я уж сам. А там как получится.

– Оружие оставьте и едем, – хмуро сказала Кира.

После продолжительного торга подругам удалось выбить следующие уступки. Тесак Апогей отдавал на сохранение Кире. Кастет Лесе. А железный болт клал в карман. И без крайней необходимости обещал не использовать.

– Еще один вопрос, – внезапно спохватилась Леся, когда они уже выходили из квартиры Апогея. – Вы сегодня утром были у Марины?

– Мастерская открывается в восемь. И работы полно. Так что у меня времени не было, чтобы к ней заскочить. Да и не встает Маринка в такую рань. А что? Почему вы спрашиваете?

– И потом вы никуда из мастерской не уходили?

– Работы было много, – словно оправдываясь, повторил Апогей. – Я не мог уйти.