Феечка во френдзоне

Аспиды, как и мотыльки, когда-то «получили в подарок» смешанные гены. Вот такое наследие древних экспериментов магов с нечистой магией.

– Опять у подъезда на цветочки Эраста Филимоновича слюнками накапали, – пожаловалась Валентина. – Все пожгли.

– Ничего, – сказала я. – Эраст Филимонович на вас не подумает. Нынче с экологией совсем беда: то дождь кислотный, то радиация.

– Неудобно-то как, – продолжала причитать Валентина. – Человек старался, растил.

– Неудобно, когда обычные люди с магическим народом соседствуют, – резонно заметила Ксю.

 – Куда только Дозор смотрит?

– Зато у нас бдительность тренируется, – возразила я. – В чужой монастырь со своим уставом не ходят.

– Не только у нас. У нашего дворника Сераджана Везировича уже так натренировалась, что он при виде меня одновременно шайтана поминает, через плечо плюется, то через левое, то через правое, и крестится, то слева направо, то наоборот. Мне кажется, он за мной следит, – сообщила Ксю.

– Что? Опять? – возмутилась я. – Сколько раз повторять: сдержаннее нужно быть, сдержаннее! Если девушка с утра вышла пампушкой, а вечером вернулась стройняшкой, тут кто угодно заинтересуется!

– И к нам он тоже присматривается, особенно к нашим зубкам, – вздохнула Валентина, пересадив малыша на другую руку.

 – Машенька, у тебя ведь друг … ну… из этих, – аспидка изобразила нечто кусательно-сосательное. – Попроси его Сераджана Везировича обнулить.

Я тоскливо вздохнула:

– Так ведь обнулял уже, три раза. У вампиров очень тяжелый взгляд.

Еще раз – и у человека могут проблемы с долговременной памятью начаться. Сераджан Везирович не виноват, что по ночам работает, территорию убирает. Ночью у нас самый паноптикум. То Маргарита Романовна чешую лунным светом подпитывает, омолаживается, то Михаил Леонидович с Таисией Демидовной из ночного супермаркета на крыльях добираются, мол, так легче покупки нести.

– Хорошо, что наш дворник по-русски плохо разговаривает, – аспидка покачала головой, – а то мы тут все давно перед Дозором оправдывались бы.

Я могла бы сказать, что веду себя тише всех, но не стала. Если Сераджан Везирович хоть раз наблюдал вырастающие на глазах вьюнки и плетущиеся розы, мне тоже впору писать объяснительную в конторе Дозора.

Я вдруг поняла, как соскучилась по Стасу. Дослушала жалобы Валентины на старшеньких, принялась машинально раскладывать вещи Ксю по мешкам. И только потом заметила, что метаморфка бубнит под нос:

– Что-то зачастила Валюха к маме.