Бабы Али-Бабы

– Ну и молодцы, – кивнул им Али и с рассеянным видом ушел обратно.

А девушки остались в непонятках. С одной стороны, Али явно пошел навстречу своей невесте, все же накрыв хоть какой-то стол к приходу гостей. Но с другой стороны, он сделал это с таким безразличием! Таисия никогда не видела Али таким нейтральным. Даже ко дню рождения какого-нибудь господина Борискина, которого Али видел один раз в жизни или вовсе даже не видел, хозяин готовился с куда большим воодушевлением, чем к собственной помолвке.

– Похоже, Али наш не очень счастлив.

– Странно это.

Но никто ничего не мог объяснить девушкам. Не приставать же им с расспросами к Алене, которая и так носилась по ресторану, словно фурия. Так что Сима с Таисией терялись в догадках, что все это значит. И молча таскали кушанья с кухни, стараясь сделать стол максимально красивым. Видимо, им это удалось. Потому что когда Алена во второй раз заглянула в зал, то осталась довольна. Лицо у нее просветлело, и она пробормотала:

– Ох уж эти мужчины.

И подмигнув побагровевшей Таисии, она в уже значительно более веселом настроении выпорхнула из зала.

Музыканты как обычно пришли к шести часам вечера. И были тоже немало удивлены грандиозным событием, которое их всех ожидало.

– Как же так? – разволновался Рудик, – руководитель ансамбля – пожилой армянин. – Почему нам ничего не сказали? Мы бы подготовились… Порепетировали… Как же так? У хозяина почти что свадьба, а мы… Вах!

– А никто ничего не знал! – сказала Сима.

– Обалдеть! А где праздновать будут?

Сима махнула рукой в сторону самого маленького зала во всем ресторане, куда от силы влезало десять человек, да и восьмерым там было уже тесновато, и Рудик повторил:

– Обалдеть!

Этой краткой фразой и был подведен итог под всеми странностями, происходящими у них в ресторане.

ГЛАВА 2

Мероприятие по приему гостей в честь помолвки Али и Алены было назначено на восемь часов вечера. И уже с семи у Таисии стали трястись поджилки. Собственно говоря, она вся тряслась и холодела весь день, начиная с самого утра. И чем ближе приближались стрелки часов к роковой цифре, тем хуже ей делалось. Дошло даже до того, что Таисия стала опасаться, как бы ни хлопнуться в обморок прямо при всех.