Ателье царских прикидов

 – В том-то и дело, что мы с Васей сходили домой, перекусили и вернулись назад. Живем-то почти рядом.

– Ну, вернулись вы. И что?

– Ничего.

– Поработали до полуночи или чуть позже. Потом домашние начали приставать, чего не идем домой. И мы ушли.

– Вдвоем?

– Да. Вместе и вышли.

Но отвечая, на какое-то время мужчины замялись. Мариша покосилась на них с большим подозрением. В создавшейся ситуации ей все казалось подозрительным. И она решила: во что бы то ни стало нужно поговорить с тем сторожем, который дежурил этой ночью в музее.

Глава 3

Сторожа в музее не оказалось. Оно и понятно, переволновался старичок. Такое громкое ограбление, а он его проспал. Стыд и позор! Наверное, слег дома и лежит. Переживает.

– Наверное, со стыда готов сгореть, – волновалась за сторожа Инна. – Как бы в больницу не угодил от такого расстройства.

Сторож открыл подругам дверь самолично. На больного он похож не был. На страдающего тоже. Изо рта у него свешивался толстый кусок ветчины.

А свои жирные руки он вытирал о домашнюю майку, засаленную до такой степени, что ее саму вполне можно было мазать на бутерброд.

Был он грузный и еще совсем не старый. И ветчину лопал явно не по причине расстройства, а просто чтобы набить свое брюхо.

Выслушав подруг, он насупился и угрюмо буркнул:

– Ну и чё? Меня в краже обвинить хотите? Так, что ли?

– Нет.

– Тогда чего приперлись?

– Поговорить.

– Поговорить! – фыркнул сторож. – С утра никакого покою нету. Черепки какие-то глиняные украли! Подумаешь, дело какое.

Сначала одни менты примчались. За ними другие. Домой ушел, думал, тут от вас отдохну. Как бы не так! И дома достали!

Видимо, сторож считал, что кража научных экспонатов, имеющих к тому же огромную ценность, к нему лично отношения не имеет. Но все же он провел подруг на порядком захламленную кухню. И указал на две табуретки.

– Не очень чисто. Уж не взыщите. Без хозяйки живу.

– А где она?

– Померла. Да она уже все равно старая была, – махнул мужик рукой в ответ на участливые расспросы подруг.

 – Старше меня на целых полгода. Да еще и сварливая. В прошлом месяце ее бог прибрал, а меня освободил.

И обведя взглядом кухню, сторож озабоченно произнес:

– Ее-то прибрал, а вот у меня теперь в доме убираться некому. И пока сорок дней не пройдет, другую бабу в дом не приведешь. Перед людями неудобно.

Сторож подругам решительно не понравился. Ну, не везет им сегодня с мужиками.