Агент семейной безопасности

– Надо его вынести на улицу, – предложил Костя – самый физически крепкий.

– Пожалуй, на улицу не стоит, – встревожился Дима. – Там холодно. Замерзнет еще. И опять же мимо вахты его тащить придется. Вопросы всякие, подозрения. Куда несем, зачем, почему?

– А что ты предлагаешь?

– Я предлагаю вынести его из помещения нашей фирмы и оставить где-нибудь в укромном уголке в коридоре, – сказал предприимчивый Дима. – Он через некоторое время очухается, увидит, что нас нет, а дверь в офис закрыта, и пойдет домой.

Так как никто ничего более приемлемого предложить не мог, то совместными усилиями неудобного визитера вынесли из «Ориона» и устроили на тощей кушетке, которая стояла в холле. Приводить его в чувство никто не решился.

– Сам виноват! – сердито попеняла ему Леся. – Не надо было так людей пугать. Тогда и они бы к тебе со всей душой. И нашатырь бы принесли. И водички холодной.

Но никто ничего подобного сделать не решился, вполне справедливо полагая, что, едва придя в себя, мужик снова начнет буйствовать.

– А! – приветствовал их появление вахтер. – Явились! А ключик-то я ваш, между прочим, нашел! Он у меня за стул завалился. Вот он, ваш ключик-то! Признаете али нет?

Ключ был тот. Сотрудники с немым изумлением изучили его самым пристальным образом. Лиза даже признала царапинку на металле. Сотрудники переглянулись. Им всем в голову пришла одна и та же мысль. Если один ключ все это время валялся у вахтера, а второй был у Борисова, то каким же ключом минувшей ночью воспользовался убийца, покидая офис?

Выходя из здания, Кира улучила минутку и обговорила с Борисовым свой и Лесин аванс.

– Может быть, подвезти вас до дома? – предложил он подругам.

– Меня уже предложил подвезти Дима, – поспешно отказалась Леся.

Дима, услышав свое имя, подошел ближе и подтвердил сказанное. При этом он явно был готов вступить с Борисовым в схватку, если бы тому вздумалось настаивать на своем предложении. По странному стечению обстоятельств у Димы тоже была «девятка», как и у Борисова. Только у Борисова она была совсем новенькая, только полгода в эксплуатации. А Диминой машинке уже сравнялось пять лет, и она настоятельно нуждалась в покраске.