Знак ответа. Часть 1

Думаю, надолго он меня не задержит, мне сказали, что он из тех людей, которые знают, чего хотят. Поэтому после и прокатиться можно будет. Так что переодень туфли на кроссовки и сними пиджак. В остальном все приемлемо.

Девушка потушила окурок и поднялась с крыльца.

– Ну… хорошо.

Инна Александровна стянула пиджак и запустила им в Нику, но та ловко перехватила его в полете.

– Давай кроссовки, провокатор!

Ника зашла в дом, а вышла с парой черно-красной спортивной обуви в руках.

– Значит, в двенадцать? – переспросила мама, затягивая шнурки.

– Да. Часов в одиннадцать выйду, за час, думаю, доберусь.

– А что так долго? Пешком что ли?

– А как?

– Илья подбросить не может?

– Может, но я не хочу.

– Ну, как знаешь. Я убежала.

– До встречи!

Ярко-синий ковер был устлан обрывками белой и цветной бумаги. На них лежала Вероника в позе морской звезды, и щурилась: солнечный свет, струящийся из-за занавески, падал в аккурат в район глаз, но она не отворачивалась – лежала и разглядывала кусочек голубого неба, видневшийся в стеклянной вершине ее «пирамиды».

Взяв в руку кулон-часы, она взглянула на время: до встречи оставалось еще целых два часа.

– Почему, когда чего-то ждешь, ты идешь так медленно, а когда нужна лишняя минутка – несешься, как шальное? – с неподдельной грустью в голосе обратилась она к немому циферблату. Потом с тяжелым вздохом поднялась, стряхнув с одежды клочки бумаги, и вышла из комнаты.

Чашка кофе, водные и косметические процедуры заняли меньше часа.

После десятиминутного исследования шкафа на кровать полетели светло-серые джинсы-стрейч, такого же цвета жилетка и изумрудно-зеленая хлопковая рубашка с короткими рукавами. Вероника оделась, собрала с пола последствия своего творческого психоза и вышла на балкон.

Небо было чистым. Солнце светило ярко, отражаясь от гладких поверхностей, и слепя глаза. Теплый ветер трепал влажные, рыжие волосы, а деревянный пол нагрелся так, что ступни обжигало.

Немного понаслаждавшись, она вернулась в комнату.

И только она закрыла створки, зазвонил телефон. Номер был незнакомым, но она ответила.

– Слушаю!

– Госпожа Верхоланцева, здравствуйте!

Грубую манеру общения трубно было не узнать, да и подобным образом ее называл только один человек с некоторых пор, но невидимый собеседник, все же, представился.

– Это Левин Анатолий Аркадьевич беспокоит.

– Я узнала вас, здравствуйте.

– Хорошо. Я, собственно, чего хотел… Если можете, подойдите на пол часа раньше.