Забытые-2: Тишина взаймы

– Не отсюда эти камни, – мрачно ответила я на молчаливо-вопросительный взгляд Зима. – Да ты сам посмотри, они же необработанные. Дикие. Рвануло бы – они бы так форму не потеряли. Или наоборот. От чар Зноя камни плавились. Или взрывались осколками. А это не осколки даже рядом. Если бы… – и запнулась.

– Если бы ты не знала, что здесь случилось? – продолжил знающий выразительно, присев у очередного камня. – Что бы сказала?

– А ты? – я подняла брови.

– Что здесь случился оползень. Или камнепад, – смущённо признался Зим.

 – Без гор. Не из таких же подземелья строили, так?

Я молча уставилась на камень. Так. Однако именно дикими камнями, не утруждая себя обработкой, люди заваливали ненужные коридоры. И если представить, что некой неведомой силой их оттуда вынесло… то где же город? Где, спали его солнце, это проклятое Сердце? Ведь даже пепла нет! Не мог же он исчезнуть! Пять стен, сотни домов, самый большой на севере острог! А вещи – тряпки, еда и прочее?

Куда оно всё, к гиблым затмениям, подевалось?!

– А если… – Зим так и искрил идеей, но говорить отчего-то стеснялся.

Видать, зашугала я его чрезмерно.

– Говори, – подбодрила я, вытирая грязные руки бывшим шарфом. Всё равно нужен лишь для отвода глаз.

– Если Сердце… в подземелье? Провалилось? Ну, туда, где большие залы с пещерными городами… – неловко предположил знающий и требовательно уставился на камень, будто именно от него и ждал ответа.

Я задумалась, перебирая в памяти известное.

– Большие залы обычно находились между городами, – объяснила наконец.

 – На перекрестке дорог, чтобы собрать как можно больше жителей из разных острогов. Под каждым же городом накладно строить. Здесь ему негде поместиться… наверное.

– Проверим, – коротко подытожил Зим.

Ближе к центру взрыва камни стали попадаться чаще. И чем больше я смотрела на живописно разбросанные грязно-чёрно-серые валуны разных форм и размеров, но всегда необработанные, тем больше убеждалась в правильности вывода. Ими частично завалили ненужные коридоры, но с внезапной зимой в древнем лабиринте нечто пробудилось, потянулось и захотело на волю.

И – воздухом ли, водой или огнём – камни сначала вынесло из проходов в общий коридор или на перекрёсток, а потом выбросило на поверхность. И те, что помельче, отлетели далеко, а те, что покрупнее, громоздились ближе к воронке.

Причём проснувшегося «нечта» должно быть много. Очень много, если расчищали такие завалы и освобождали всё подземелье.