Потерянные души

Матушка Шанэ приблизилась, но и в трёх шагах от себя увидела то же самое – тень. Не совсем, впрочем, обычную. Тени от людей всегда искажённые – то торс вытянут, то руки или ноги, то голова. У этой же не было ни искажений, ни преломлений. И вновь матушка отметила, что тень не плоская и «лежащая», а объёмная и «стоящая». Чёткий (и снова прав Мьёл) женский силуэт – невысокий рост, пушистая коса, длинное приталенное платье – словно живой, но затемнённый человек.

– Чтобы понять тебя лучше, мне надо зажечь свечу, – мягко предупредила матушка Шанэ.

 – Я – колдунья. И мой огонь, и мои свечи колдовские. Возможно, ты слышала обо мне – я матушка Шанэ, южанка, хозяйка чайной на Третьем острове.

Тень вдруг часто-часто закивала, и её хрупкие плечи расслабились. И матушка тоже внутренне расслабилась. Она всё ещё не понимала, что за странный призрак ей встретился, но с любым человеком проще работать, если он тебе верит.

Матушка Шанэ зажгла свечу, прошептала южное заклятье – и случился новый сюрприз. Свеча загорелась совершенно обычным огнём – никакого указующего цвета, никакого колдовства.

Обычное свечное пламя. И если прежде матушка была готова признать в тени истощённого призрака, чьи силы выпил колдун, то теперь она вообще перестала что-либо понимать.

– Кто же ты? – поражённо спросила она.

Тень сникла.

– Ты мертва или жива?

Тень покачала головой и пожала плечами.

– И где ты находишься, конечно, тоже не знаешь? – матушка Шанэ пытливо всмотрелась в «призрака».

Тень снова пожала плечами.

– Но ты сюда приходишь… то есть ты здесь работала? – матушка собралась с мыслями и зашла с другой стороны.

Тень отчаянно закивала: да-да!

– Те два окна на третьем этаже, где больше всего царапин, – твой рабочий кабинет?

Тень снова закивала.

Матушка Шанэ грустно улыбнулась:

– Ты приходишь сюда за помощью или за ответами, а внутрь попасть не можешь? Почему только в это время? Только ночью, когда здесь обычно уже никого нет?

Тень вновь беспомощно пожала плечами.

– А можешь сказать, как давно приходишь? Луну, две, три? – продолжала матушка.

Тень огляделась, указала на снег и покачала головой. А после томным жестом прижала ладонь ко лбу и начала обмахиваться второй рукой.

– Жарко было? – догадалась матушка. – Всё началось летом?

Тень снова быстро-быстро закивала.

– В прошлом году?

Да.

Матушка задумчиво подняла голову, посмотрела на тёмные окна и медленно произнесла:

– Мои помощники – тоже призраки.