Окно в Полночь

– Почему? – Валик уже полез в шкаф за пуховиком. – Опять худеешь?

– Да вот ещё! – я фыркнула. – Нет, всё проще. На улице минус сорок.

– Не минус сорок, а всего лишь минус тридцать семь, – поправил он бодро. – Подумаешь, мороз! Нормальная сибирская зима.

От одного лишь упоминания температуры за бортом я до носа натянула шарф и молча покачала головой – не пойду, и всё тут.

Валик пожал плечами:

– Хорошо, один схожу. Чего тебе купить?

– Без разницы, – я посмотрела на него с обожанием. – Я уже говорила, какое ты чудо?

– Говорила, – добродушно улыбнулся он.

 – В пятницу. Ладно, не скучай.

Я проводила его влюбленным взглядом. Мы с ним из одной песочницы. И в детсад – в одну группу, в школу – за одну парту, в университет – на соседние факультеты. И на работу – друг напротив друга. Он меня в эту редакцию и притащил. Когда прежний корректор уволился, я находилась в творческом поиске, и Валик воспользовался моментом и похлопотал перед шефом. И результат устроил всех.

Шефа – потому что я, в отличие от прежних корректоров, смогла с ним сработаться, Валика – потому что находилась под его бдительным присмотром, и меня. Работы немного, коллектив – отличный и нескучный, да и платили нормально. И от офиса до дома – полчаса пешком.

Открыв последний файл, я покосилась на часы. Пять страниц жуткой рекламной ерунды читать не хотелось, и я решила, что у меня обед. В смысле, час отдыха. И, свернув текст, откинулась в кресле, закрыв глаза. Спать хотелось немилосердно… А в мыслях по-прежнему мельтешил образ закрытого тенью лица.

Может, сон в руку?.. Он ведь так давно мне сниться…

– Вась, я тебе ещё один текст сбросил, но читать его пока не надо. Пусть сначала Лера придет из музея и допишет комментарий.

– Угу, – лениво отозвалась я, не открывая глаз.

– Опять не выспалась? – не то сочувственно, не то ехидно вопросил шеф. – Помирилась со своим программистом, значит?

Я досадливо поморщилась:

– Да причем тут программист, Гриш… Бессонница, нервы, зима, авитаминоз… Два года без отпуска, опять же.

Дабы быть ближе к народу, редактор предпочитал обращение на «ты» и по имени. Не забывая, правда, при случае материть нас как непосредственных подчиненных.

– Так помирись – забудешь о бессоннице, – посоветовал он, проигнорировав намек. – Кстати, что там с молочным заводом?

– А что с ним? – фальшиво удивилась я. – Стоит, работает и деньги нам за рекламу исправно платит.