Дитя магии

Обещаю.

Волк кивнул и исчез в кустах, а я вернулась к костру. Вэл оценил быстро погасшие огоньки злых глаз и уставился на меня с плохо скрываемым изумлением:

– Откуда в тебе этот дар?

Я отвела глаза и промолчала. Не твоё дело.

– Ты видела Белого волка, – констатировал Вэл. – Ведь видела же?

– Умеешь хранить чужие тайны? – мрачно спросила я.

Он заинтересованно кивнул.

– А почему думаешь, что я не умею?

Вэл понял. Недовольно нахмурился, но отстал. Молча взял куртку и лёг спать, повернувшись ко мне спиной.

А я потёрла ноющий от голода живот и изловила ифрилов кувшин.

– Чего надо? – из носика вылезла остроухая голова в сползшем колпаке.

– Есть хочу.

– Есть? – завозмущался лентяй. – Какая еда посреди ночи?

– Тебе легко говорить, ты вообще без неё обходишься, – огрызнулась я.

Иф поворчал, но послушно исчез, вернувшись из своего ниоткуда с хлебом, сыром и кувшином холодного молока.

– От Эльды, – хмуро пояснил он. – Она подозревала, что ты исчезнешь без предупреждения.

– Кстати, Лекс, – тихо заметил со своего лежака Вэл. – На будущее. Не стоит открыто показывать знак дружбы с Белым волком.

Я инстинктивно схватилась за шрам, ощутив лёгкое покалывание на внутренней стороне предплечья. Рассмотрел-таки… Дар давней дружбы – шрам, оставшийся от укуса мощных волчьих клыков, – всегда начинал мерцать серебром поутру – в то время, когда он и был получен. И именно благодаря этому знаку сегодня ночью волки нас охраняют. Да и не только сегодня.

– О, так ты с ним подружилась? – проявил заинтересованность и охранитель.

И, прежде чем я успела его остановить, протрещал: – А я думал, он тебя растерзает на месте! Ты же малюткой была, себя не понимала, леса не слышала! Потрясающе, что он обучил тебя лесные голоса слышать! У них же нет привычки дружить с людьми, это же опасно!

– Заткнись! – в сердцах рявкнула я, но поздно.

– Значит, это правда? – протянул Вэл, перевернувшись на другой бок и подперев голову кулаком. – Прародитель волков, способный в чёрное полнолуние превращаться в человека, до сих пор жив? Остальных прародителей животных, насколько я знаю, давно истребили, остались лишь их потомки – люди с силой природы, но без второго, звериного облика.

– Забудь!.. – отрезала я и свирепо посмотрела на возбуждённого ифрила: – Язык оторву, понял?

– А что я сказал? – стушевался он.

– Существ-прародителей – носителей древней природной магии – осталось очень мало, – пояснил Вэл, сев.