Дитя магии

А ведь и Ярт может быть одним из них – из волшебников. Когда я расспрашивала его об учёбе, друг увиливал от прямых ответов, но так и сыпал вопросами – видимо, чтобы занять меня и отвлечь. И странности времени, когда мне почудилось, что оно замерло… Магия?

– Вырос, значит, тот вёрткий босоногий мальчишка, который воровал у меня сливы? – она задумчиво улыбнулась.

– И ещё как вырос… А вёрткости в нём почти не осталось. И босоногости, – добавила я с грустью.

– Жених теперь? – она глянула на меня искоса, смешливо.

– Угу, – кивнула я, пропустив намёк мимо ушей.

Он мне друг и брат по духу. И по крови наверняка родственник. Мы с ним слишком во всём похожи – разрез и цвет глаз, интонации, повадки, привычки. Сложно воспринимать человека иначе, если с пелёнок спишь с ним в одной постели, отбываешь наказание в соседнем углу и рассказываешь о самом сокровенном. Даже если, оказывается, ничего о нём не знаешь.

– Мы отошли от темы, – напомнила бабушка.

– Так вот, – неловко продолжила я, – вернувшись, я застала маму с папой в своей комнате: они сидели в засаде и выясняли отношения.

И… Честно, я не хотела подслушивать, оно случайно получилось! Некуда мне было деться с карниза! В соседнюю комнату лезть или вниз – окнами хлопать и выдать себя. Ну и я подумала, что они скоро уйдут… А они всё не уходили. Пришлось лезть выше, а там…

– Чердак?

– Ну да, – я заёрзала. – Кто же знал, что там столько всего хранится…

– Что именно?

– Гусеницы сушёные, – сморщилась я, – свитки, котлы, книги…

– В книги тоже нос сунула? – уточнила бабушка.

На лице – полнейшее спокойствие.

– Сунула, – я отвела глаза. – Но прочитать только одну смогла, про охранителей.

– И с тех пор один из них невидимкой вертится рядом… Иф!

– Да? – недовольный охранитель вынырнул из-за моего левого плеча.

– Вон! – велела бабушка, и ифрил растворился в воздухе. – Продолжай.

– Ну… На шум пришли родители и заявили, что я – не из их мира. И не маг, и вообще почему-то тёмная… Я разозлилась и сбежала.

К тебе. Ты ведь сказками намекала на волшебный мир, и я верила…

– Да… – она нахмурилась. – Да, всё тайное однажды становится явным…

У меня на языке вертелся с десяток вопросов, но я стойко молчала. Бабушка сама всё расскажет в нужное время. И оно, похоже, настало. Внимательно и серьёзно посмотрев на меня, она мягко спросила:

– Лекс, готова ли ты понять и принять правду?

– А у меня есть выбор? – вздохнула я, теребя влажную косу.

– Пожалуй, нет.